bujhm: (Default)
Внезапно вышла книжка "Кошкин альманах". Сборник стихов, песен и историй о кошках. Когда-то давно Лёша Караковский [livejournal.com profile] karakovski у меня запрашивал тексты для участия в этом проекте, но тогда это всё выглядело крайне туманно.
А теперь вдруг - опа! - и книжка вышла.



И в этой книжке - мой цикл "Братья-Сёстры", к которому я до сих пор неравнодушен. Можно сказать, даже скучаю по тому миру. На бумаге это трогательно выглядит.
Это я в Гиперионе вчера увидел, она там есть.
bujhm: (Default)
котёнок рыжий
2,5 мес
звонить 8 903 246 8132
bujhm: (Default)
1. О развитии русского языка
Я неожиданно столкнулся с проблемой отсутствия нужного слова в русском языке. Вот писал-писал статью по работе - и столкнулся. Как с размаху ап стенку. Вот есть слово (и понятие) "спонсор", а слова для определения его дуалиста - нет. Не писать же везде - "спонсируемый", склоняя это уродливое деепричастие.
Помучавшись и бестолку понапрягавши окружающих какое-то время, я выкрутился. В биологии есть подходящий термин, описывающий совместную жизнедеятельность - что важно, без взаимопомощи. Взаимопомощь - это симбиоз. А такой вид партнёрства, где один только помогает другому (в разной степени) называется комменсализм. Например, специальные рыбки под брюхом у морских хищников или крупные деревья, дающие тень для тенелюбивых растений.
И соответственно этот термин - "комменсал" - вполне может подойти для описания этого понятия в экономическом контексте.
Катерина, которую я тоже успел напрячь, и которая к тому моменту уже перекопала у себя в Новосибирске кучу словарей, одобрила выбор. Мы с ней обсудили фонетическое сходство со словами "коммерсант" и "вассал" и сочли проблему решённой.
Хорошо, когда русский язык развивается. И вполне возможно, не я первый придумал про комменсала.

2. О говноэкранизациях
Хочу задать просвещённому обществу вопрос. Отчего никогда и нигде (в моём поле зрения) не поднималось даже обсуждение возможной экранизации эпопеи Макса Фрая?
Оно же более, чем естественно, по-моему. Фрай не менее популярен, нежели Лукьяненко - но если у последнего берутся экранизировать даже рассказы, то почему же про первого ничего не слышно? Это могло быть весьма интересно, ведь Фрай ценен не столько сюжетом и экшеном (хотя не без этого), сколько эстетикой, персонажами и эмоциональностью. Хороший челлендж для сценариста и режиссёра. Что-нибудь в стиле Данелии, например.
Можно, конешно, в качестве ответа обратить моё внимание на собственный заголовок, но я не верю, что всё так однозначно объясняется. Не иначе, здесь какая-то тайна.

3. Арамейцы тут есть?
Это очень безнадёжный вопрос. Но я его всё же задам. Вдруг кто-нибудь знает, откуда взялись верхние огласовки в арамейских текстах квадратным письмом? Где так писали, с каких времён и в каких текстовых корпусах? А то у нас с Зайцем тут холивар случился. Я их в упор не помню, а они как-то существуют. (Камац вверху - это ж охренеть надо!)

4. О защите почтовых отправлений
В издательство пришёл луч поноса и ненависти. Скажите, люди, если вы заказывали какие-то книжки у нас по почте, - вам тоже приходили в бандеролях бумажные отбивные вместо разумного и доброго? Это ужасно неприятно - поскольку отследить этот момент нет никакой возможности. Мы пытаемся заматывать книги в пузырьковые упаковки, но, похоже, это не помогает - и совершается какое-то гадкое насилие в недрах почтовой перистальтики.
Существуют ли какие-то разумные способы защиты посылок в мягких пакетах? Может, есть какие-то места, где берутся специальные пластиковые контейнеры, лёгкие, прочные и дешёвые? Или выход только один - таскать с рынка фанеру и махать лобзиком?

5. О ностальгии
Это для тех, кто когда-то был в теме. Я тут случайно починил чат 32. После большого переезда сервера два года назад там что-то внутри сайта погнулось и с тех пор не работало. Я заходил туда на днях за некой архивной надобностью, смотрю - а на cgi-bin вроде паутина висит. Смахнул веничком, а там под паутиной, оказывается, фигня какая-то вместо нормальных атрибутов. За три клика чат замигал лампочками и закрутился.
Сразу нахлынула ностальгия по 2002-04, такое отжигалово там когда-то было. Устраивались целые представления, буффонады и попойки. Кстати, если кто помнит персонажа Поручика, то это в итоге оказался Карпов.
Сейчас мода на чаты давным-давно прошла, да и время совсем другое стало. А всё ж хорошо зайти туда на пять минут перекура, раскланяться с палевой пустотой и пульнуть личным смайликом.

6. Сайт дня
Скромненький платочек, без сомнения.

7. У моих котят сегодня день рождения! Какое счастье!
Нансен и Мелания - http://natasha-007.livejournal.com/121335.html
Мика - http://izubr.livejournal.com/225298.html
От остальных пока вестей не было.
Водки мне, водки!

Update: А вот и Зорро!
bujhm: (Default)
Пришло письмо:
"Здравствуйте! Меня зовут Рома Кащеев.Мне 9 лет.Я живу в Свердловской области городе Нижняя Тура на улице Декабристов в дома 18... Это зелёный котёнок бабушки Этл. ... Очень хочу увидеть свою работу на сайте в интнрнете!Я постараюсь нарисовать ешё одну работу и прислать...До свидания!Рома"

котёнок )

Какая такая Нижняя Тура?.. Откуда? Каким образом?
Удивительно. Дети растут на этом добре. Чем, интересно, оно всё обернётся через много лет...
bujhm: (Default)
Котятнет. Неткотят. Инебудет.
Пиар их, надо сказать, всё-таки сработал, хоть и замедленно.
И теперь их нет! А есть покой и воля.
Честно упился в котёнка на 2К. Долго искал подходящий по концепту алкоголь (почему нет ни одной водки с образом кота? это ж золотое дно!) но нашёл - "Белый Барс". Читали внимательно и с выражением.

Кстати, никому шушпанчики не нужны?
bujhm: (Default)
Так жить больше нельзя. Мне надо куда-то деваться. Всё плохо.

фото под катом )

Am Ende

29/5/07 01:31
bujhm: (Default)
Котята выросли и съели Игоря Белого.
bujhm: (Default)
Фото счастливого до изнеможения Изюбря и котейки. Я их убрал под кат, а то френдленту вам разнесёт.
Как ни странно, это Мика, так сложилась судьба.

счастливая пара )

Домашнее задание
Напишите, что, по-вашему, думает Мика в момент съёмки.
Напишите, что сделал Мика, как только оказался дома у Изюбря.
Как вы думаете, где это произошло?
Что теперь будет?
bujhm: (Default)
Такое количество котят невозможно одновременно приучить к лотку.
Поэтому до недавнего времени они гуляли по квартире и гадили там, где им душа лежит. Больше всего им приглянулось место под моим столом - особенно в проводах от компа и всей периферии. Они просто неслись туда табуном, и поймать их было невозможно - хватаешь трёх, остальные уже сидят на блоках питания и розетках и сладострастно опрастываются.
Попробуйте представить себе, каково это – вытирать, например, не котячью задницу, а каждый проводок по отдельности.
Но я же издатель. Как бы. И у меня есть запасы неликвида. В частности, у меня есть некоторое количество абсолютно бракованных обложек книг одного современного фантаста - там произошёл сбой при печати, и как-то использовать эти обложки невозможно. Что с ними делать, я до этого времени не знал, они валялись в квартирном тамбуре пыльными пачками. Теперь же литература пошла в реальное дело - я выложил из них великую китайскую стену, закрыв этими обложками все проходы к проводам под столом.
И вот на следующий день котята, как обычно, с утра проснулись, почесались и решили сгонять до ветру. И на полном скаку врезались в эту стену, с которой на них строго смотрел современный фантаст во многих экземплярах. Котята заверещали и обосрались от ужаса прямо на месте - что было весьма удачно. С тех пор они так и обходили это ужасное место стороной, боясь даже повернуться к нему жопой. Ну а чуть позже мы их таки приучили к нормальному лотку, просто заперев на кухне.
bujhm: (Default)
Ей-богу, я лучше бы козу завёл!

x-post в ptichka_ru
x-post в otdam_kota
x-post в vhoroshie_ryki
x-post в kotanino
x-post в pesikot_ru
x-post в otdam_darom
x-post в ru_cats

А толку-то?
bujhm: (Default)
Определилась судьба Нансена. В двадцатых числах ждём прекрасного [livejournal.com profile] izubr в гости из Питера, которая его и заберёт. Пока же Нансен будет нагуливать жир, рисовать свои карты и приучаться к лотку.

Я всё же очень надеюсь, что все братья-сёстры попадут к моим френдам, которые знакомы с их мифологией и происхождением. Не очень мне хочется писать в отдам-даром, татарам-даром и парарурарам. А потом ещё в рукетс, рупетс и рупесетс, ибо последний набирает актуальность.
bujhm: (Default)
Сегодня Зорро отправился в своё главное путешествие. Приехала славная [livejournal.com profile] sparwilla и забрала его. Думаю, что у него всё сложится хорошо.
Кто будет следующим?
bujhm: (Default)
Вот и подошёл к концу цикл историй о братьях-сёстрах. Для каждого из них была создана своя отдельная сказка, вплетаемая в мир - который постепенно расширялся, обрастал деталями и причинно-следственными связями. Теперь пора отпустить этот мир, словно воздушный шарик над городской площадью, - чтобы все задирали головы, тыкали пальцем и следили за его прихотливой траекторией в восходящих воздушных потоках.

Внимание! Здесь в комментах к этому посту должна решиться судьба главных героев этого цикла. Уже не сказочная, а реальная. И это должен быть настоящий хеппи-энд, по-другому быть просто не может, и я в этом уверен.

Взгляните на них.

Нансен )


Мика )


Дина )


Мунька )


Мелания )


Зорро )


Нансен - - Мика - - Дина - - Мунька - - Мелания - - Зорро

Решайтесь, друзья мои!

Upd. Да, это сыны и дочери знаменитого кота Янкеля.
bujhm: (Default)
Никто не помнил уже, почему его так зовут, но, судя по всему, имя ему придумала Дина. Самый младший в семье, медлительный и боязливый, он никак не походил на стремительного героя со шпагой, и тем более невозможно было представить его в качестве защитника слабых и бедных. Впрочем, маленький Зорро ценил любой юмор, пусть даже чёрный, и не обижался.
По своему статусу ему приходилось стоически терпеть соответствующее отношение старших братьев и сестёр - например, воинственные эскапады Дины (иногда на неё находили приступы немотивированной любви, и непонятно было, от чего в первую очередь спасаться). Или Мунька примеряла на нём свои усовершенствованные шины для переломов - тьфу-тьфу-тьфу, никто ещё у них не ломал руки-ноги, но Муньке этого не объяснишь. Мика ставил его порой на свои футбольные ворота отрабатывать кручёные, правда Зорро больше предпочитал следить за прихотливым полётом мяча, нежели бросаться на него. "Харош мечтать там, лови давай!" - вопил Мика.

Вот уж что-что, а мечтать Зорро умел и любил. Причудливые образы и сюжеты стаями бродили у него в голове, иногда он успевал их запомнить и сложить в какую-нибудь историю, которую мать потом перед сном пересказывала остальным. Особой популярностью у них пользовалась старая зоррина сказка про Чудище, которое отстёгивает на ночь свой хобот и пересыпает в закромах сокровища-камушки. Зорро постепенно стал и сам рассказывать свои выдумки - сначала путаясь и глотая слова, но с каждым разом лучше цепляя предложения в складное повествование. В его сказках добро убеждало зло, герои находили самих себя, облака впитывали золотой дождь - все слушали его, затаив дыхание, и никто не обращал внимания, что он немного косолапит и неловок в движениях.

Когда-то давно Зорро сочинил забавную историю про Волшебный Чемодан, он рассказывал её немного нараспев:

Однажды на пороге нашего дома оказался огромный Чемодан.
Никто не знал, зачем он тут оказался. Чемодан был пуст, и даже паутины в нём не было.
Но зато он был очень удобен внутри, с креслами и даже с окошками.
Все залезли в этот Чемодан, да.
И решили там пить чай, например.
Но этот Чемодан на самом деле был волшебный, и как только закрылась его крышка,
Раздалось особое гудение, и Чемодан взмыл высоко в небо, прямо под облака.
Но было совсем не страшно, а скорее даже весело.
И Нансен увидел все края, куда хотел дойти, да не дошёл.
И Мика увидел, где живёт Чудище.
И Дина увидела своёго ёсю, он ей махал платочком.
И Мунька увидела новые заросли фхыра и пыра.
И Мелания увидела своего трубадура.
И Зорро тоже чего-то там увидел, потом придумаю.
А Чемодан всё летел и летел, закладывал виражи и лавировал меж облаками.
Передатчик пищал морзянку, что всё идёт по плану, сокол-сокол, я ромашка.
Земля стала далёкая и маленькая, и нашего дома нельзя было различить,
Но было совсем не страшно, а скорее даже весело.
И вот, наконец, Волшебный Чемодан опустился, и путешествие закончилось.
Моторы его замолчали, да.
И все решили выйти, например.
И Нансен вышел на северный полюс. Или сразу на южный.
И Мика вышел на гоночный трек. Или сразу на пьедестал.
И Дина вышла в древнюю спарту. Или сразу на парад победы.
И Мунька вышла в ботанический сад. Или сразу на кафедру.
И Мелания вышла в консерваторию. Или сразу на гастроли.
И Зорро тоже куда-то там вышел, потом придумаю.
И это было хорошо.


Став постарше, Зорро почти все дни проводил в домашней библиотеке, читая старые книги и разбирая пыльные фолианты. Легенды и мифы, исторические описания и генеалогия были предметом его особенного интереса. Как-то раз Зорро случайно обнаружил, что вся их семья принадлежит к древнему и знатному роду, - но никто этому не придал никакого значения, а родители так вообще втихомолку посмеялись, думая, что это у них выходит незаметно.
Много чудес и диковин было описано в тех книгах - впору их классифицировать. Но тому, что Зорро вычитал вчера в одной растрёпанной книге без обложки и титула, он просто не мог поверить. Сегодня он даже не заходил в библиотеку, в сомнении слоняясь по дому. "Как такое может быть? - спрашивал он себя. - Насколько можно верить этому источнику?"
Зорро вышел на крыльцо и по деревянным ступеням спустился во двор, постукивая ладонью по перилам. "Сказать им или нет?"
- Мик, а Мик! - осторожно начал он. - А помнишь, я когда-то придумывал сказку про чемодан?
- Ещё бы! - отозвался тот, раскладывая детали от насоса. - Хорошо, что это сказка была.
- Почему хорошо?
- Ну мало ли... - неопределённо ответил Мика. - Вдруг действительно занесёт фиг знает куда, потом выбирайся.
- А я бы хотел, чтоб так и было, - отозвался со скамейки Нансен.
Мунька с Меланией засмеялись:
- Нансена хлебом не корми, дай компас и отправь в дальние страны...
Дина опустила руку с дротиком, который собиралась метнуть в свой дартс на стене и подозрительно спросила:
- А с чего это ты свою давнюю байку припомнил?
Зорро нахмурился и сел на первую ступеньку крыльца. "Нельзя, нельзя им говорить. Не имею права. Сочиню что-нибудь..."

Родители стояли в библиотеке у стола с разложенными записями и карточками. Чернильница была перевёрнута, но засохшие потёки аккуратно огибали растрёпанную книгу, раскрытую на середине.
- Вот он и нашёл, - шёпотом сказал отец.
Мать вздохнула:
- Дети выросли.




Нансен - - Мика - - Дина - - Мунька - - Мелания - - Зорро
bujhm: (Default)
Солнце висело над горизонтом, красное и раздувшееся. Мелания сидела на скамейке в саду и тихонько пела. Нельзя сказать, чтобы ей нравилось петь на природе, но с тех пор, как её вежливо попросили делать это подальше, приходилось забираться в самые дальние углы участка. О чём она пела, Мелания, пожалуй бы и сама не смогла объяснить - так, просто выпевала, что видела; что солнце вот-вот сядет, что речка журчит... Иногда она без слов брала одну ноту и долго её тянула, пока хватало дыхания, и звук не замирал в вечернем мареве.
Днём не особенно попоёшь, приходится возиться по дому, помогать всем, кто ни попросит. Мелания знала, что петь она не умеет, но как же не петь, когда так хочется?

Едва восходит солнце:
- Мелань, ты не видела, где мои кроссовки?
- Посмотри за лавкой в большой комнате.
Мика бежит туда, с шумом отодвигает лавку, раздаётся его восхищённый возглас: "Нашёл!"

Мелания втихомолку завидовала всем - у каждого есть своё увлечение, своё полезное дело в жизни, лишь она одна вечно на подхвате. И вроде бы не дурочка, справляется с любым делом, только своего так и нету. А песни - какая от них польза, если их и слушать никто не может.

- Мелка, поможешь мне найти такие же цветочки?
- А что их искать, такие за кустами фхыра растут, ближе к лесу.
- Ой, вот спасибо, а то я обыскалась уже...

Как жаль, что родители у Мелании тоже не умеют петь, а то бы научили, наверное. Иногда она мечтает о том, как станет бродячей певицей и будет странствовать по городам и весям с концертами. А потом встретится с каким-нибудь трубадуром...

- Ме, у меня эспандер пропал куда-то, ты не видела?
- В шкафу на третьей полке справа.
Дина лезет наверх, из шкафа с грохотом выпадают рулоны карт, скачут теннисные мячики, шуршат мунькины гербарии.
- Есть! - кричит Дина. - Круто! Только не пой дома, будь добра!

От солнца остаётся одно тёплое свечение, в сумерках пронзительно скрипят ночные птицы. "Мелания!" - кто-то зовёт от дома. Это Нансен, она обещала ему помочь с новой картой. Нансен, пожалуй, единственный, кто терпит её песни, по крайней мере, хоть не морщится, когда она напевает себе под нос, вырисовывая ему контуры озёр и полей на вспомогательных листах. "Сейчас!" - кричит в ответ Мелания и спешит по садовой дорожке.
Из-за закрытой двери в кухню до неё случайно доносится обрывок разговора. Мать за что-то распекает Дину, и Мелания невольно замедляет шаг. "...ищет своё предназначение." - "Ма, да это ж не песни, это мяуканье какое-то!" - "Нельзя так говорить. Зато она всегда точно знает, где проходит Нансен." - "Да он, небось, ей сам и рассказывает до экспедиции!.."
Мелания вздыхает и отходит от двери. Ничего ей Нансен не рассказывает. Этак Дина договорится до того, что Мелания сама ещё и предметы прячет, которые все теряют, что ни день. Виновата она, что ли, что сразу знает, где они валяются?

- Я этот дорисовала. - Мелания протягивает Нансену готовый лист с разноцветными контурами и пояснениями. - Что-то осталось ещё?
- Угу, спасибо, - тот погружён в свои мысли и рассеянно кладёт лист на край стола. - Ах, да, ещё... Я, видишь ли, никак не могу понять, где на последнем маршруте был второй источник, чтоб отметить его. Видимо, просто не записал.
- А... - Мелания на секунду задумывается. - Седловина Башмачной горы, тропа налево по леднику, от третьей скалы скользкий спуск до деревьев и шагов сорок примерно до... что такое?
Нансен странно смотрит на Меланию.
- Нет, нет, ничего, - спохватывается он. - Знаешь... Тут неподалёку есть одна пещера. И в ней очень красивое эхо.
Мелания непонимающе моргает.
- Ну, в смысле, если петь... - смущённо добавляет Нансен.




Нансен - - Мика - - Дина - - Мунька - - Мелания - - Зорро
bujhm: (Default)
- Да не знаю я, где Мунька! - Дина досадливо дёрнула плечом. - Опять дурью мается, как обычно.
- А ты не маешься? - спросила мать.
Дина хотела ответить что-то колкое, но её перебил запыхавшийся Мика, который пробегал мимо.
- Я её на лугу видел. В земле копается.
Мать вздохнула.
- Передайте ей, чтоб не опаздывала к ужину.
- Угу! - крикнул Мика, заворачивая на полной скорости за угол дома, а Дина молча отвернулась и стала дальше готовить припасы для ёси.

Луг располагался довольно далеко от дома, нужно было долго идти по тропинке в сторону Безымянных гор, которые когда-то открыл Нансен, затем спуститься в лощину и пройти ещё немного по руслу ручья. На лугу было жарко, и бесконечное разнотравье медленно колыхалось под ветром.
Мунька раскладывала листики и корешки в одной лишь ей ведомой зависимости. Всякое растение приводило её в тихий восторг, она знала почти всех из них по именам, которые сама же и выдумывала. Не один изрисованный зелёным карандашом альбом валялся у неё под кроватью. Каким-то особенным внутренним чутьём Мунька понимала, что вся жизнь прочно связана с травами и цветами - и пробовала проверять свои предположения в реальных ситуациях. В свою подушку она напихала сушёных листьев низкорослого кустика с лиловыми цветами - и с тех пор была уверена, что ей снятся только хорошие сны. Над притолокой входной двери она навтыкала специальных колючек - едва не сверзившись с хилой табуретки - чтоб никакое Чудище и близко не смело подбираться к дому. А желтоватые пахучие корешки, которые она загодя высушила и мелко порубила...

- И какая тебе радость в земле возиться?
Мунька оглянулась. Это был Мика, который явно секунду назад ковырял в носу.
- Я же не в земле вожусь, а с растениями, - спокойно возразила Мунька. Она привыкла, что её считают немного со странностями. Мика помялся.
- Какой толк от этой травы? Все и так над тобой смеются.
- Могу напомнить. Как ты думаешь, чем бы я вылечила ноги Нансену на прошлой неделе, если бы у меня не было фхыра?
Мика заинтересованно вытянул шею.
- Да ладно тебе, Нансен просто отлежался и снова ходил, как новенький. А это вот он и есть, твой пыр?
- Осторожно! Нет, это не то. Фхыр - вот. Его надо разжевать и наложить на усталые мышцы.
Мика присел на корточки и скорчил брезгливую мину.
- Фу, гадость, наверное, на вкус.
Мунька усмехнулась.
- А тебе никто и не предлагает.
- Ладно. - Мика встал, всем видом показывая, что у него есть дела поважнее, чем разжёвывать плотные морщинистые листья. - Мама сказала, чтоб ты к ужину не опаздывала.
Мунька послушала, как затихает топот вдали, и вернулась к своему занятию.

Вечером после ужина семья пила чай из большого пузатого чайника. Заварка для него хранилась в расшитом мешке на буфетной полке, откуда все, не глядя, зачёрпывали ладонью свежую порцию.
Отец шумно втянул горячий напиток из своей широкой кружки и замер, - "Ого!.." Все удивлённо посмотрели на него. "Мунька! - завопила Дина, глотнув из своего стакана. - Что ты туда набросала, отравительница несчастная?!"
Красная, словно рак, Мунька вскочила из-за стола и бросилась, зажав уши, вон из дома. "Я ничего не умею! - шептала она себе на бегу. - Я не должна больше любить травы!.. Я не..."

По лугу стелился густой ночной туман. Мунька стояла, обхватив себя за плечи, смотрела в тёмное небо и старалась ни о чём не думать. В небе плавно ходили огромные облака, огибая друг друга по сложным траекториям. Мунька несколько раз моргнула. То ли ей показалось, то ли нет - но одна из бесформенных облачных глыб, кажется, стала распухать. Точнее, приближаться к земле, прямо на луг, заливая его собой. Вытянув руку вперёд, Мунька осторожно пошла вперёд в тёплом молочном свечении, в котором неожиданно начинали угадываться какие-то формы. Вблизи облако оказалось вовсе не страшным, можно было залезть прямо на него по мягкому и пружинящему. С облаком было что-то не то. Мунька прислушалась к ощущениям. Да, облако определённо болело, местами подрагивая и посвечивая красноватым оттенком. Не задумываясь, Мунька легла на облако, раскинув руки, - ей было совершенно ясно, что надо делать, чтобы оно перестало болеть. Закрыв глаза, она ощутила, как летит вместе с облаком высоко в небе, ветер треплет ей волосы, и добрая туманная масса под ней постепенно успокаивается...

Стараясь ступать как можно тише, Мунька пробралась в тёмную спальню, плавно уместилась на своей лежанке и медленно выдохнула. Со стороны Дины послышался лёгкий скрип.
- Слышь, Мунь! А Нансену понравилось...
Мунька молчала, затаив дыхание. Дина чуть слышно кашлянула.
- Папа сказал, что такой чай у него был в детстве. Спишь уже, что ли?
Мунька улыбалась, уткнувшись со всей силы в подушку, пахнувшую жарким солнечным лугом.




Нансен - - Мика - - Дина - - Мунька - - Мелания - - Зорро

Дина

4/5/07 21:45
bujhm: (Default)
Дина покрепче вжимается за дверью, стараясь стать как можно незаметнее. Кажется, ей опять сегодня влетит от матери. "Несносная девчонка", - бормочет та, наклоняясь и заглядывая под лавки. Ну разумеется, на неё снова нажаловались, интересно, кто на этот раз?

Сколько себя Дина помнила, она презирала слабых и жалких. С замиранием сердца она слушала рассказы матери о великих полководцах, сказки про Кота-Воеводу - и если остальным это было не очень интересно, то Дина впитывала в себя каждое слово. Она самостоятельно придумала заниматься зарядкой по утрам, под ворчание сонных братьев - сжав зубы, пробовала подтягиваться на выносливость, пока не падала полумёртвая от усталости.
Мать косилась на неё, но ничего не говорила. Дина упросила как-то раз отца показать ей несколько приёмов борьбы, тот удивился, но не стал отказывать. Показать-то он ей показал, но не на отце же их пробовать - он, небось, и не заметит, что Дина пытается с ним провести бросок через бедро или болевой захват. Остаются только братья. Нансен, правда, задал ей трёпку, едва она попыталась вызвать его на честный бой, так что этот вариант отпал сразу. Трусливый Мика просто смылся, ну и ладно, вот ещё, гоняться за ним.
Дина пыталась честно объяснить остальным, что они помогают ей вырасти настоящим воином и защитником, но они даже и слушать её не хотели, сразу бежали жаловаться и скулить. Никто из них даже не пытался научиться хотя бы простой подножке, а уж о дисциплине там и вовсе нельзя было говорить. "Ну почему, - расстроенно думала она, - Чудище ошиблось и налетело на этого пискуна? Почему не на меня? Уж я бы ему показала..."
Дине грезились военные манёвры и операции, тактические удары и стратегические планы. Например, если враг вылезет из-за этого пригорка, что она сделает? Конечно, же там надо поставить летучий разъезд, который молниеносно даст сигнал к атаке - а она помчится впереди всех, сминая первые ряды жалких захватчиков. И вернётся с победой, не иначе. Небось, мать-то по другому станет смотреть после такого...

Но пока приходится тренировать характер и не попадаться родителям на глаза. Тот новый приём, самолично ею выдуманный и проведённый на младшем брате, даром ей не пройдёт. Затаив дыхание, Дина бочком протиснулась мимо раскрытой двери и, не оглядываясь, побежала вверх по холмам. Никто её не окрикнул.
До самого вечера она уныло бродила среди садов и аллей. Домой возвращаться не хотелось, снова выслушивать нудные нотации про своё несоответствие "идеальной дочери" - ещё меньше. Усталая и голодная Дина добрела до зоопарка, который был открыт по воскресному дню, и плюхнулась на одну из скамеек, рядом с большой тёмной клеткой.
Через несколько минут у неё за спиной послышался осторожный шорох. Дина обернулась и увидела, как какой-то зверёк подошёл к прутьям с той стороны и увлечённо её разглядывает. Выглядел он премерзко - грязно-бурая шерсть, длинный несоразмерный хвост, корявые лапки. Дина сморщилась. "До чего же ты жалкий! - сказала она ему. - Где вас таких делают?" Зверёк забавно наклонил голову, будто понимал, о чём ему толкуют. Дина подошла поближе, стараясь дышать ртом. Ей было неприятно, что её разглядывают в свете ближайшего фонаря так, словно это она в клетке, а не наоборот.
"Ну, ты, - сказала Дина. - Может, тебя стукнуть?" Она оглянулась. Дорожки зоопарка почти скрылись в вечерних сумерках, и редкие фонари лишь подчёркивали общую непроглядность. Никого не было видно.
Дина подняла кулак и вздрогнула. Зверёк, ничуть не испугавшись, протягивал ей сквозь прутья что-то, завёрнутое в несколько слоёв белых салфеток. Она нерешительно взяла этот свёрток - внутри оказались бутерброды. Видимо, кто-то из детей днём пытался кормить животных школьным завтраком, но неудачно. Дина с размаху села прямо на землю. Она давилась этими бутербродами пополам со слезами, и ничего в мире не существовало, кроме фонаря, скамейки и этого зверька за прутьями. Тот сидел по свою сторону, косился и одобрительно попискивал. Очень медленно мир расширялся обратно, восстанавливался, растекался по каким-то новым руслам...

С тех пор Дина, едва освободившись, бежала наверх, в зоопарк - старательно заметая следы и отрываясь от возможной слежки. Все в семье гадали, где она пропадает, но правда выяснилась довольно быстро. Дина долго выпрашивала кусок сырого мяса у матери - и на естественный вопрос "на кой тебе он нужен" ей пришлось сдаться - "Ну для этого... для ёси". Таинственный ёся занял прочное место в умах младших братьев, и однажды, когда вся семья ужинала, самый маленький набрался храбрости и громко спросил Дину: "А ты возьмёшь меня завтра с собой к ёсе?" Дина небрежно кивнула - "Угу..."
Все замерли, и даже у папы брови медленно поползли вверх.
Дина хмыкнула. - "Если сумеешь встать вместе со мной!"




Нансен - - Мика - - Дина - - Мунька - - Мелания - - Зорро

Мика

4/5/07 01:09
bujhm: (Default)
- Мика, стой! Мика, куда ты?
Мика не слышит. Он бежит, только ветер свистит в ушах, только воздух входит и выходит с каждым вдохом, и кажется будто не быстрые ноги несут Мику, а сам этот воздух наполняет его и гонит, словно пушинку.
Мика умеет бегать быстрее всех. Он выяснил это постепенно, подначивая и соревнуясь с братьями, всеми вместе и по отдельности. Никто не может обогнать его, что толку гоняться за этим метеором. Но Мика не расстраивается, ему интересно бежать и одному.
- Мика, подожди!
Однажды он даже попробовал бежать с закрытыми глазами. Получилось смешно - он с размаху влетел во что-то мягкое, а когда открыл глаза, оказалось,что это был папа. Тот охнул и хотел что-то сказать, но Мика уже был далеко. Папу было бесполезно подначивать с самого начала, он слишком степенный и важный, чтоб бегать взапуски, зато он добрый.
Мика пробегает мимо Нансена. Тот, когда дома, обычно сидит над своими картами и что-то рисует, ни на что не обращает внимания. Можно показать на бегу Нансену язык. "Лети, лети, Хаккинен несчастный..." - беззлобно ворчит тот. Сам он несчастный, а Мика счастливый.

Но дома можно бегать, как угодно, а снаружи всё совсем по-другому. С закрытыми глазами, например, там точно не побегаешь - не ровён час, споткнёшься или стукнешься во что-то твёрдое. К тому же там иногда ходит Чудище. Что это за Чудище - никто толком не знал. Старшие были уверены, что его выдумали родители, чтоб хоть как-то воспитывать детей, а младшие, хоть и принимали на веру мамины страшилки, особого значения им не придавали. Да и кто его видел, это Чудище? Впрочем, надо сказать, иногда что-то ходило в сиесту вдали от дома и страшно выло, но быстро замолкало. Нансен однажды пытался его разыскать по следам, пропадал невесть где долгое время, потом вернулся, усталый и злой, и на все расспросы презрительно отмахивался.

Лучше всего бегать на лужайке, что возле дома. От камня до камня, от дерева до дома и обратно. Мика спорит сам с собой: сможет ли он промчаться сквозь всех братьев, не задев ни одного - все они заняты своими делами, кто читает, кто рисует, кто помогает по хозяйству...
- Беги!
Ага, Мика бежит, наращивает скорость. Ветер шумит в ушах, дыхание стучит в груди, раз-два-три-четыре, нет-быстрее-в-целом-мире...
- Мика!
Что-то не так. Воздух становится слишком густой, его приходится прорывать собой, как вату. Мика трясёт головой и останавливается.
- Мика!
Голоса от дома едва слышны. Неужели он так далеко забежал? Нет, вон он дом, совсем близко, но на лужайке никого нет - все братья столпились в дверях и с ужасом смотрят на Мику. Что он такого сделал? В воздухе стоит ровный надсадный гул, залепляющий уши, замедляющий движение.
Мика оборачивается и видит Чудище.
"Мама и папа не врали", - единственное, что успевает подумать он, завороженно рассматривая серую безволосую шкуру Чудища. Оно движется прямо на него, довольно быстро, нервными скачущими прыжками. Огромный серый хвост его яростно извивается. "Мика, беги!" - эхом отдаётся в ушах, но Мика не может сделать ни шагу. Он просто стоит на прямой линии между Чудищем и домом, не в силах пошевелиться, словно у него отнялись со страху ноги. Чудище беснуется вот уже прямо над ним, вой его растворяет все звуки, все цвета и формы, самого Мику - которому в последний момент кажется, будто где-то сзади Чудища он видит мать со спокойной улыбкой на устах, и от этого у Мики хватает сил закрыть глаза.

Он не совсем понял, сколько прошло времени, и куда пропало Чудище. Его тормошили, хлопали по спине и тянули за руки домой. "Уже всё кончилось?" - спросил Мика, моргая. "Ещё бы!" - вокруг смеялись и радостно кричали: "Оно ушло, ушло! Выходите!" К Мике подошёл Нансен и положил ему на плечо руку. "Ты знаешь, - начал он сдержанно. - Я, конечно, не очень уверен, но, по-моему, ты его не пустил к нашему дому."
Мика остановился. Выходит, это он, такой маленький, спас всю семью - и даже сам старший Нансен, который вечно ворчит на него и ни в грош не ставит, говорит ему слова благодарности. Мика счастливо огляделся и только набрал воздуха сказать, что он тоже всех любит и готов прогнать от дома хоть десяток таких Чудищ, но вместо этого...
- Мика, да куда же ты?!...




Нансен - - Мика - - Дина - - Мунька - - Мелания - - Зорро
bujhm: (Default)
Нансен посмотрел наверх и вздохнул. Предел никуда не исчезал, всё так же высился неодолимой преградой в вышине. Над ним размытыми тенями мотались облака, грохотали громы и небесные шорохи.
Положение самого старшего обязывало оставаться дома, следить за разной пузатой мелочью, помогать по хозяйству. Нансен же мечтал о путешествиях. Он грезил дальними странами, продумывал в уме детали экспедиций, просчитывал припасы и оборудование - и при этом вынужден был всегда сидеть с семейством. Благодаря спокойному нраву он не сердился, когда младшие от скуки начинали его донимать - просто отмахивался от них и уходил на задворки. Сидя у стены дома в свободное время, он часами смотрел на её шероховатую поверхность, иногда не выдерживая и процарапывая контуры неведомых островов и морей.
"Дети! - звала мать. - Идите есть!" Шум и гам наполняли пространство, весёлые крики и возня захлёстывали его, обтекали с разных сторон.
"Сегодня, - подумал Нансен. - Я обязательно убегу."

Это была особенная ночь. Небесные грозы длились дольше обычного, и облака всё не расходились. В воздухе висело напряжение, но похоже, только Нансен его и чувствовал. Он дождался, пока все в доме уснут, встал, стараясь не шуметь, и осторожно вышел в путь. До Предела было совсем близко, но вот перебраться через него не удавалось пока никому.
Нансен начал восхождение. Стена была почти вертикальной, и нужно было сильно прижиматься к ней, чтобы не потерять равновесие. С первыми шагами вверх он самостоятельно изобрёл правило "трёх точек" для опоры, на середине пути ему показалось, что он сейчас сорвётся от усталости. Он зажмурил глаза, представил себе, что он дома, - и продолжал автоматически хвататься за подворачивающиеся неровности стены.
Сам себе не веря, Нансен долго лежал на остром гребне Предела и отдыхал. Отсюда было видно далеко, но как-то неясно - леса, холмы и реки расплывались в неверном свете ночных светил. Впрочем, это не помешало Нансену аккуратно зарисовать границы нового неведомого мира и наметить лучший путь для его исследования. С другой своей стороны Предел опускался пологими холмами к равнине. Нансен бросил прощальный взгляд на дом - с высоты он казался брошенным и беззащитным - и решительно зашагал вниз.

Сколько прошло времени, он не мог сказать, но ноги болели ощутимо. Нансен потерял счёт пригоркам, озёрам и оврагам, которые проходил мимо, старательно занося на карту. Иногда он садился, отдыхая, прямо на землю и тихо смеялся - его переполняло особенное ощущение, что он первым проходит в этих безлюдных краях, где никогда никого не было. Иногда он думал об оставшемся далеко позади доме, о глупых маленьких братьях. "Нет сомнений, - говорил себе Нансен. - Я никогда уже туда не вернусь. Они будут гордиться мной и рассказывать о моём путешествии своим детям. Я буду по ним скучать... только потом."

Но это "потом" наступило гораздо раньше, чем он предполагал. Он совершенно сбил ноги, проголодался и замёрз. Более того - он начал делать ошибки в карте и в какой-то момент, оказавшись высоко в безымянных горах, неожиданно потерял ориентацию. Нансен пытался снова и снова логически просчитать, что именно он не учёл, но получалось думать только о доме. "Не дрожи, - уговаривал он сам себя. - Продвигайся вперёд, не останавливайся." Постепенно становилось темнее, на небе было видно только несколько звёзд - Нансен выбрал одну из них, пожелтее, чтобы не кружить, и держал направление до тех пор, пока тропинка не превратилась в узкий карниз. "Я не упаду..." - успел он подумать и сорвался во тьму.

Ущелье, к счастью, оказалось неглубоким. Нансен, не открывая глаз, медленно сел и потёр ушибленный бок. Болело сильно, но, кажется, все кости были целы. Он пару раз глубоко вздохнул, открыл глаза и увидел мать.
"Мама?.. - растерялся Нансен. - Я же..."
"Имей в виду, - сказала мать, ласково обнимая Нансена. - Завтра тебе всё покажется сном, но это не так. И карту свою прибереги, она тебе ещё пригодится."
Засвистел ветер.



Нансен - - Мика - - Дина - - Мунька - - Мелания - - Зорро
bujhm: (Default)
Хася нервничала с вечера. Она ходила кругами, недоумённо прислушиваясь к себе, часто прикладывалась полежать, но потом опять вскакивала. Еда Хасю не привлекала, обычный приём "поесть-успокоиться" не проходил. Хася хмурилась, проверяла все углы, прикладывалась, вскакивала. Что-то шло не так.
Ночью из Хаси текла мутная, странно пахнущая жидкость. Хася растолкала Янкеля - тот понюхал, хмыкнул и снова завалился спать. Хася расстроилась окончательно. "Может быть, я растворяюсь? - думала она. - И так постепенно вся вытеку дурной жидкостью?" Наконец, она кое-как устроилась, свернувшись в неудобной позе, и забылась беспокойным сном до утра.
Утром Хасе стало хуже - что-то внутри неё резко сокращалось и выкручивалось. Она ходила, держась за стенки и уныло хныкала. "Надо куда-нибудь спрятаться, - медленно соображала Хася. - Так, чтоб было мягко и темно." Дождавшись, пока Макс оденется и уйдёт в школу, Хася, воровато оглядываясь, заползла к нему на второй этаж и зарылась в тёплые простыни. "Сейчас всё будет, - думала она. - Уже. Уже..."
Первым появился абсолютно белый котёнок, закутанный в прозрачный пузырь. За ним на тонком канате тащился бурый бесформенный бурдюк. Хася недоумённо осмотрела эти предметы и выбрала котёнка, поскольку он сучил лапками и елозил. "Вылизать его разве что? - подумала она. - Или что-то ещё надо с ним делать?" От вылизывания тонкий пузырь моментально порвался и слез. Котёнок запищал - и от этого писка Хася забеспокоилась. "Что? Что ему надо?" Котёнок безошибочно направился к хасиному пузу, дополз до соска и нагло вцепился в него, чмокая и корябая лапками. Хася заурчала - "Да, всё именно так, всё по плану".
Следом появился совершенно чёрный котёнок, и процедура повторилась. "Хорошо, что они такие разные, - подумала Хася. - Путать не придётся". Дальнейшие события показали, что не надо было загадывать.
Третьим был снова белый котёнок, а четвёртым - чёрный. Хасе показалось, что у неё двоится в глазах. Когда следом за ними засучил лапками очередной белый котёнок, пятый по счёту, Хасе стало не по себе. "Это что ж, я - фильтровальная машина, что ли, какая? Они там сговорились, небось..."
"Так. Логически рассуждая, следующим будет чёрный, - продолжала Хася, старательно вылизывая всю копошащуюся ораву. - И если так и окажется, значит, всё будет очень хорошо и много еды. А если будет белый, - значит... Не хочется об этом думать, но наверное, всё будет не лучшим образом."
Шестым выполз чёрно-белый. Пятна на нём были распределены хаотически, но ровно. Хася перестала натужно соображать о чём-либо и просто легла, выпятив похудевший живот и урча.
Пришёл Янкель, хмыкнул и стал невозмутимо вылизывать детей и их бурдюки. Дети пищали, путались своими канатами. Янкель хмурился, перекусывал канаты, чтоб не мешали.
"Ну надо же!.. - умилённо думала Хася. - И от самцов иногда бывает польза..."

комплект )

Вокруг отпрысков уже наблюдается некоторый нездоровый ажиотаж. Дорогие френды, у вас тоже есть шанс - месяца через полтора-два. Сыны и дщери достославного Янкеля должны попасть в самые лучшие руки.

February 2019

S M T W T F S
     1 2
34 5 67 89
10 111213141516
1718192021 22 23
2425262728  

Syndicate

RSS Atom
Page generated 23/2/19 11:36

Expand Cut Tags

No cut tags