Белый слёт 2018

[bujhm]

Прогноз не наврал. Пока я ждал электричку на Выхино, светило солнце и дул тёплый ветерок. Пассажиры, ожидающие на платформе, гуляли и улыбались. Но стоило нам отъехать от платформы, как за окнами стремительно потемнело, и в вагоне зажёгся свет. Изнутри не было слышно грохота урагана, но сквозь заливаемое дождём окно было видно, как гнутся в разные стороны толстые деревья, а порванные рекламные растяжки полощутся, как ленточки на бескозырке отважного матроса.
Я успел напялить непромокаемую куртку и вышел на пустую платформу Донино. Дождь хлестал, но ветер уже утих. В полном одиночестве я торчал посередине платформы и мучительно вспоминал, в какую сторону надо идти. У меня так иногда бывает - что-то вроде стремительного топографического кретинизма. В эту сторону, вроде, идти дольше, но суше. А в ту - кажется, быстрее, но лужи по пояс... Но где там повороты?
- На Белый? - бодро окликнули меня сзади.
Я обернулся.
Ко мне подходил пожилой спортивный дядька. Судя по ладной экипировке и хорошо подогнанным ремешкам рюкзака - турист со стажем.
- На Белый, да, - подтвердил я. - Только не помню, в какую сторону идти.
- Хотите, пойдём вместе? - великодушно предложил дядька. - Я на Белый уже пятнадцать лет езжу, всё тут знаю.
Дурак я был бы, если бы не согласился!
Дядька отрекомендовался Константином* (ну вы поняли) - и мы отправились на Белый слёт. Добрые местные жительницы показали нам, как обходить огромную лужу, которая начинается у последнего вагона. Дождь понемногу утихал. Мы беседовали о погоде, туризме, работе, вспоминали старые легендарные песни. Константин рассказывал мне, какие замечательные люди встречаются на Белом слёте. Я кивал в том смысле, что и я их, конешно, тоже знаю, может быть, разве не так хорошо.
Дождь неожиданно кончился, резко посветлело, и вышло солнце.
Мы обрадовались, сделали восторженное селфи и пошли дальше, распевая "Люди идут по свету, им, вроде, немного надо..."
Наконец, впереди показались первые палатки и стал слышен стук топоров.
- Ну что ж, - раздумчиво сказал Константин, - Вот мы и пришли. Я, пожалуй, пойду к своим, а вы, вероятно, тоже - к своим?
- Да-да! - согласился я без тени иронии. - Большое вам спасибо! Без вас я бы, наверное, заблудился.
Мы раскланялись, и я стал планомерно отставать от Константина, пытаясь понезаметнее раствориться в ветках. Но увы, меня заметили раньше от одного из костров и заорали на весь лес.
Бежать было, конешно, глупо - и я пошёл во весь рост к приветствующим. Константин обернулся и застыл, что-то соображая. Потом тоже подошёл, и мы с ним ещё раз поздоровались. Ну а потом пошёл обычный процесс начала Белого слёта.

Всё-таки это очень крутая перезагрузка - годового уровня. Каждый раз за пару дней думаешь себе: ну куда ты прёшься, удилище? Пешком, под грузом, с тяжёлым кофром в руке, без сапог, как дурак... А потом происходит какое-то волшебство - и ты понимаешь, как много усталости с тебя смыло за эти полтора дня.
Выступающих людей на поляне было не очень много; я, впрочем, далеко особо и не ходил их искать. Набросал примерный список минут на сорок пять и успокоился. В итоге вышло больше двух часов, все оказались в восторге.

Отдельный поклон надо сделать Славе Толчёнову. Он недавно перенёс инфаркт - и мы с Борей уже почти решили, что слёт будет беззвучный. Но Слава всё-таки приехал - на той же легендарной буханке. Нигде не застрял и не побился - и звук был прекрасный, как и полагается.

Памятуя о просьбах зрителей с прошлого года, концерт я начал в 23:00. Впрочем, это опять им не понравилось. Перебивки выступающих я решил делать не столько своими песнями, сколько старыми КСП-шными хитами - Визбора, Кима, Городницкого (это следствие того, как мы здорово их вспоминали с Константином по дороге). Получилось вполне неплохо - многие зрители даже и не представляли меня в роли исполнителя, отчего у некоторых случился определённый культурный шок.


© Здесь и далее - фотографии разных авторов.






Список выступающих в концерте, 21.04.2018:

1. Сергей Тимофеев
2. Володя Лебедев
3. Полина Матькунова (уже большая, пора выходить на сцену)
4. Антон Ладыченко
5. Коля Сбытов
6. Вика Дорошевская
7. Боря Богданов
8. Сергей Гринберг
Вот тут должны были быть КСП "Горизонт" - видновцы - но они, оказывается, страшно обиделись на меня, что я не подошёл к ним до концерта и не пригласил в программу. Я честно несколько раз извинялся со сцены и призывал их - но они так и не вышли из сумрака.
9. Антон Трофимов

Граф был на слёте с молодой женой, но всё же вспомнил старые комендантские навыки и запустил большой костёр перед сценой.
Дух и Эми наготовили своего традиционного напитка и по моей просьбе подогрели его. От этого в нём стал сильнее чувствоваться алкоголь - но всё равно было вкусно.
Боря, как и в прошлый раз, наготовил пакет значков с эмблемой - и сам раздавал всем (делал страшные глаза и строгим голосом говорил: а ты почему не по форме?!) - и мне тоже выдал раздавать после концерта.

Большое спасибо Боре Богданову, Славе Толчёнову, Холли и Халине, Духу и Эми, Графу, Петру Трубецкому, всем участникам стройзаезда и помощникам!
Начинаем готовить 20-й слёт.








Отзывы и фотографии:

Полина Трояновская -
https://www.facebook.com/tropolv/posts/1789730751084629
https://www.facebook.com/tropolv/posts/1790606770997027

Женя Кац -
https://janemouse.livejournal.com/1514350.html
Весь альбом - https://flic.kr/s/aHsmashoCW

Стас Калужский -
https://my.mail.ru/inbox/stanstan/photo/12839

Халина Кулешова -
https://www.facebook.com/khelibe/posts/2043515929243759

Вика Дорошевская -
https://www.facebook.com/doroshevskaya.vika/media_set?set=a.1999707510280005.1073741859.100007223254013&type=3

Видео Петра Трубецкого - Белый слёт 2018

Watch on YouTube

Бонус-трек - "Песня про Ёксель-Моксель"

Судя по всему, это какая-то очень старинная дворовая песня, корни которой тянутся аж с начала прошлого века, с Первой Мировой. И вариантов её существует тьма.
Свой вариант я помню со своей первой институтской картошки, где нам её пели старшие студенты (а именно Андрей Гольцин, да будет благословенна память о нём!)
"Песню про Ёксель-Моксель" я спел в начале концерта. Оказалось, многие люди даже не знали о её существовании - у них случилось резкое расширение кругозора и сознания - и они теперь ходят за мной вереницей и требуют слова. Извольте жеж!

С деревьев листья опадают, ёксель-моксель,
Пришла осенняя пора, декабрь месяц, сырость-слякоть, бабье лето.
Ребят всех в армию забрали, хулиганов-головорезов, так и надо.
Настала очередь моя, главаря-интеллигента.
И вот прислали мне повестку на бумажке мятой-грязной, вся в печатях, чтобы выбросить не жалко -
Явиться в райвоенкомат, чёрте куда.
Маманя в обморок упала с печки на пол, сестра сметану пролила коту на рыло, целу банку, рубль сорок килограмм, хрен достанешь, вот зараза!
Маманю с пола поднимаю в зад коленом, сестра, сметану подбери языком, всю до капли, чтоб знала!
А я молоденький мальчишка, мальчик-шишка, лет пятнадцать, двадцать, тридцать, сорок восемь, два набросим, пятьдесят, шестьдесят четыре было раньше, счас не помню -
На фронт германский подался, ползком, просто так, посмотреть, как там воюють.
И вот нам выдали винтовку, трёхлинейку, трёхдюймовку, без приклада, без прицела, без патронов - чтоб по противнику стрелять, не попадать на всякий случай.
И вот нарыли мы окопов сикось-накось, кось-насикось, на-кось, выкусь!
Подходит ротный командир дядя Ваня, морда клином, во мужчина, только - тс-с-с!
- Давайте, - говорит, - ребята-новобранцы, матерь вашу...
- Вашу также!
- Давайте, - говорит, - счас в атаку побегим, слева с фланга, справа с фланга...
- Фиг тебе, беги один!
Летят по небу самолёты, мессершмиты, бомбовозы, бомбоплюи, с пушкой сзади, бронь что надо, типа танка, вензель сбоку, хрен достанешь.
Хотят засыпать нас землёю и навозом, с червяками, по колено, можно глыбже,
А я молоденький мальчишка, мальчик-шишка, лет пятнадцать, двадцать, тридцать, сорок восемь, два набросим, пятьдесят, шестьдесят четыре было раньше, счас не помню -
Лежу с оторванной ногой, морда в каске, зубы в кучке, притворяюсь, что живой.
Ко мне подходит санитарка, звать Тамарка, можно Томка, можно Люська, можно Дуська, можно Васька, можно Пётр Иваныч, как хотите.
- Давай, - говорит, - я те ногу перевяжу, стальным канатом, в три обхвата, чтоб не тёрло, чтоб не жало, чтоб удобно.
И в санитарную машину студебеккер, марки форда, трёхколёсный, шестиосный, пять цилиндров, было восемь, три украли -
На кучу трупов положу, третьим слева, чтоб не дуло.
И повезла меня машина студебеккер, марки форда, трёхколёсный, шестиосный, пять цилиндров, было восемь, три украли -
Через леса, через поля, а кровь сочилася из раны прямо на пол кап-кап-кап, мочила раны и бинты.
Лирическое отступление.
Бежит по полю Ефросинья, юбка синя, морда тоже, видно спьяну, вся такая, в больших кирзовых сапогах - сорок пять на босу ногу, чтобы не тёрло, чтоб не жало, чтоб удобно.
За нею гонится Герасим, семь на восемь, восемь на семь - с большим спидометром в руках -
Скорость мерял, не домерял, не догнал.
За ними гонятся грузины, на дрезине, прямо с юга, прямо с пляжа - загорелые ребята, рельсы кончились давно за поворотом.
Лирическое отступление кончается.
Летят по небу самолёты, мессершмиты, бомбовозы, бомбоплюи, с пушкой сзади, бронь что надо, типа танка, вензель сбоку, хрен достанешь.
Хотят нас по миру пустить - во идиоты!
А я на крейсере Суворов Александер, можно Сашка, можно Люська, можно Дуська, можно Васька, можно Пётр Иваныч, как хотите -
В канал Суэцкий подался, эмигрантом за границу, посмотреть, как там живуть.
Ко мне подходит египтянка, звать Тамарка, можно Томка, можно Люська, можно Дуська, можно Васька, можно Пётр Иваныч, как хотите.
- Давай, - говорит, - товарищ капитан, напиток "Дружба" за сто грамм: Куба - сахар, русский - дрожжи, дальше, хоть убей не помню, до фига насочиняли -
Штук пятнадцать, двадцать, тридцать, сорок восемь, два набросим, пятьдесят, шестьдесят четыре было раньше, счас не помню -
Дальше больше, больше лучше, лучше меньше, хрен запомнишь, вот и всё!

Comments

[asio_otus]

Здорово! :)