"Лайла" ("Ночь") - Н.Альтерман, М.Зеира

ЛАЙЛА
Текст - Натан Альтерман. Музыка - Мордехай Зеира.

Прекрасная сказочная история, которую мы вспомнили с Эли на нашей встрече "Мечта, карта и фляга".

Ночь, дует ветер, баю-бай, гаси свечу.
К тебе по дороге ехали три всадника. Один сгинул в лесах, другой - на войне, а третий забыл твоё имя.
Баю-бай, дует ночной ветер, ты всё ждёшь, а дорога пуста.

Это песня "Лайла" - "Ночь", и она считается ровесницей государства Израиль.
Впервые она была исполнена в 1948 году на спектакле молодёжного театра "Ли Ла Лу" в Тель-Авиве. И во время её первого исполнения были слышны звуки выстрелов. Шла Война за Независимость, и в южных пригородах Тель-Авива шли боевые действия.
Сначала это было стихотворение, которое написал в 1946 году Натан Альтерман. И ему очень нужна была музыка для песни. Один из самых крутых композиторов того времени был Мордехай Зеира, и Альтерман очень хотел, чтобы именно Зеира написал музыку. Но Зеира славился своей несговорчивостью. И Альтерман придумал психологический приём.
Он явился в кафе, где обычно сидел Зеира, сел недалеко от него и стал заунывно распевать свой текст на разнообразные мотивы. А ни слуха, ни голоса у него не было.
"Что происходит? - спросил Зеира.
"Да вот, думаю написать музыку на свои стихи" - отвечал Альтерман.
"А, ну-ну" - ответил Зеира и отвернулся.
Но Альтерман продолжал старательно и громко петь. Через час Зеира не выдержал, потребовал у поэта текст и ушёл. И через неделю появилась эта песня.

Пару слов о Мордехае Зеира. Он вообще-то родился в России, и там его звали Митя Гребень. Но при этом он всё равно был Мордехаем, посколько в Российской империи евреи по умолчанию получали два имени - для внутреннего пользования и для внешнего. Фамилия, которую он выбрал для ивритизации - Зеира - означает на арамейском "меньшой".



Что касается Натана Альтермана, то он тоже был не сахар. И помимо того, что был гениальным поэтом, был ещё горьким пьяницей и буяном. Про него рассказывали, что он любил сидеть всё в том же тель-авивском кафе, выпивал там с утра, а к вечеру орал на прохожих и всячески поносил их - "Все вы жалкие микробы!" и прочие поэтические метафоры.

Эли дружил с другим известным израильским поэтом, Йоси Гамзу, автором текстов к многочисленным израильским песням - и вот он-то был хорошо знаком с Натаном Альтерманом и рассказывал про него всякие истории.
Например, как он однажды зашёл к нему в гости.
Это было уже на закате жизни Альтермана. Йоси открывает дверь его квартиры - а там неубрано, страшно накурено и бутылки повсюду. И Альтерман такой сидит угрюмый. "Садись, - говорит. - Пить будешь?"
"Извините, Натан - отвечает Йоси, - но я не пью". Альтерман спрашивает: "А как же ты тогда радуешься?"
"Ну чему все люди радуются - прекрасным закатам, красивым цветам, прелестным женщинам..."
"Глупец! Доживешь до моего возраста, поймёшь, что это не работает!"
"И вот я таки дожил, - рассказывал потом через много лет Гамзу. - Враньё! Работает!"

За портретом Альтермана далеко ходить не надо - он романтично смотрит с 200-шекелевой купюры.



( Подробный разбор текста )

В моём исполнении звучит так.

Страница аккордов в PDF.




Что касается стихотворного перевода, то пусть будет такой.

Ноченька-ночка, ветры запели,
Ноченька-ночка, волнуются ели.
Ноченька-ночка, слышишь звезду,
Баюшки-баю, свечку задуй!

Ночь, ночь, ноченька-ночь,
Баюшки-баю, свечку задуй!

Ноченька-ночь, все глаза закрывают.
Где-то сквозь ветер, не переставая,
Ноченька-ночь, к тебе скачут-спешат,
Баюшки-баю, три рыцаря в ряд.

Ноченька-ночь, одного съели звери,
И на войне след второго утерян.
Ноченька-ночь, а последний, кто был,
Баюшки-бай, твоё имя забыл.

Ноченька-ночка, ветры запели,
Ноченька-ночка, волнуются ели.
Ноченька-ночка, ты ждёшь неспроста,
Баюшки-баю, дорога пуста.

Ночь, ночь, ноченька-ночь,
Баюшки-баю, дорога пуста!