Свеча первая

[bujhm]

Ханукальные майсы. Свеча первая.

Шёл однажды раби Зуся по дремучему лесу. Погода была ужасная, было холодно, моросило, и всё небо было затянуто тучами. Стемнело и настала Ханука, вечер первый, и нельзя было понять, когда зажигается первая звезда. Потому что вообще никаких звёзд не было видно, да и ханукальных свечей у раби Зуси не было. К тому же заблудился он и не знал вообще, в какую сторону идти.
Опечалился раби Зуся и сказал себе так: "Вот я заблудился в дремучем лесу и уже набил себе шишку о стволы деревьев, потому что ничего не вижу во тьме! Как же отпраздную я Хануку в кругу семьи и учеников своих?"
Решил раби Зуся повернуть назад. Но едва он сделал шаг в обратном направлении, как земля исчезла у него под ногами, и скатился он в овраг, где изрядно вымок.
И вот, сидя в луже на дне оврага, вознёс раби Зуся хвалу Всевышнему и сказал так: "Кто подобно Господу, Богу нашему, пребывает столь высоко и видит всё, что внизу: и на небесах, и на земле!? Он из грязи поднимает бедного, и из мусорной кучи возносит нищего!"
И вдруг увидел раби Зуся, как замерцал в стороне малый зелёный огонёк. О чудо! Ниспослал ему Всевышний знак в виде этой древесной гнилушки как первую ханукальную свечку. Возрадовался раби Зуся и смело зашагал на этот огонёк. Храбро наступил на него и скорым шагом выбрался в этом направлении из оврага - а там уже и окошки его местечка светятся на горизонте.
"Даже малый огонёк может рассеять великую тьму!" - так говорил потом раби Зуся, и ученики его старательно записывали эти слова.
А того старого одноглазого волка, на которого наступил раби Зуся, Всевышний по доброте своей взял к себе на небо. И теперь он раз в тысячелетие подметает заднее запасное нижнее крыльцо его Небесного Храма.
Аллилуйя! Маракуйя! Выпью тёплого чайку я!