Колесница Сингай-гай
28/12/20 03:16![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bujhmНа днях случайно наткнулся на видео в фейсбуке - какая-то толпа волнуется где-то в Европе, и мужик с гитарой прыгает. Промотал бы, не глядя, да зацепился за вопрос, которым Дмитрий Гайдук сопроводил этот репост - "Интересно, а русский текст ещё кто-нибудь помнит?"
В каком это смысле - "русский текст"?
Ну послушал.
Шта?!
Мужик этот, оказывается, поёт песню, которую я действительно знаю на русском с давних времён. Но поёт с какими-то своими английскими словами про коронавирус и прочую злобудня. Постойте, но откуда он знает нашу "народную хиповскую песню" - "Сингай-гай"? Арбатом там в анамнезе не пахнет - а ему ещё и толпа подпевает!
Похоже, есть какой-то общий источник, но где и что? Мы с Гайдуком это почувствовали, видимо, одновременно - и оба пошли копать. Дмитрий успел раньше и уже выложил свой материал, а я копался медленно и со вкусом.
Поехали, вот это исходное видео:
Darren Nesbit - Stick Your New World Order Up Your Arse (We Are The 99%)
Чувака зовут Дэррен Нэсбит, прыгает он на Трафальгарской площади в Лондоне 22 августа нынешнего года. Поёт переделку своей собственной песни, которая была написана парой лет раньше и называется "Засуньте Свой Новый Мировой Порядок Себе В Жопу". Как следует из этого антуража, он классический европейский панк английского разлива.
Принципиального он там у себя ничего не переделал, просто добавил кучу злободневных куплетов:
"Засуньте себе ваш коронавирус..."
"Засуньте себе вашу вакцину..."
"Засуньте себе вашу 5G-вышку..."
И припев, что характерно, начинается со слова "singing": "Singing we are the 99 percent!.."
Полный текст этой проникновенной авторской песни выложен при видео на Ютубе там же.
Но разве это его музыка?
Хиповская песня "Сингай-гай" появилась примерно в середине 80-х, знаю я её с 89-90 г. Автор её известен - это арбатский хип Хоббит (Алексей Бекетов), автор ярких записок-хроник об арбатской жизни. Правда, он сам пишет, что сочинил её на пару с неким "Соккаром, он сейчас в Израиловке живёт".
Песня Хоббита "Сингай-гай" (или "Сингингай") разошлась довольно широко по странам бывшего СССР, и её знали не только хипы. В разных тусовках её название могло отличаться - например, я слышал именно вариант "Сингай-гай", сами авторы исполняли, как "Сингин гай" ("Singing guy"?), а в Ставрополье она называется "Сан Гин Гай", и там у музыки слегка изменённая гармония.
Вот наиболее аутентичное исполнение, что нашлось в сети:
"Мы стояли и дринчали мирно квас..." (Группа "Гедония", альбом "Острый бронхит", 1991)
Полный текст (явно обросший дополнительными народными куплетами):
Мы стояли и дринчали мирно квас.
Мы стояли и дринчали мирно квас.
Мы стояли и дринчали, никого не замечали.
Стрёмный полис повинтил за что-то нас.
А сингай-гай, гай, хиппи, хиппи-ай!
Сингай-гай, гай, хиппи, хиппи-ай!
Сингай-гай, гай, хиппи,
Сингай-гай, гай, хиппи,
Сингай-гай, гай, хиппи, хиппи-ай!
Говорят, что наши волосы длинны.
Говорят, что наши волосы грязны.
И нам хаер обстригают
И в Афган нас отправляют,
Хоть мы вовсе не сторонники войны.
Мы тусуемся по разным городам,
И в подъездах найтовать привычно нам.
Любим мы цветы и песни,
И поэтому все вместе
Помогайте, люди добрые, хипам!
А когда произойдет переворот
И Система власть повсюду заберёт,
Мы ментов стебать не будем -
Пусть тусуются как люди.
Неформальным станет стриженый народ.
Если встретим мы последнюю урлу,
То накормим и посадим на иглу.
Пусть на всех аскают деньги
И плетут тихонько феньки
И целуют в щёчку каждую герлу!
Волосатый пипл всюду будет прав,
На скамеечках завертится фрилав,
Мы дурдомы в пыль развеем,
Анашою все засеем,
И наступит время кайфа и забав!
Маком розовым покроются поля,
И цвести повсюду будет конопля,
Волосатые ублюдки будут нюхать незабудки -
Вся Земля - одни сплошные Гоголя!
Я в юности тоже радостно орал эту песню, сиживая на скамеечках - уж такая она была задорная. Хитом же она была из-за мгновенно запоминающейся музыки - ничего похожего я тогда не слышал.
Но и авторы "Сингай-гая" не имеют отношения к этой музыке.
Корни её тянутся на полтораста лет назад и через океан.
1850-е, Америка, южные штаты
В чёрной общине тогда начинает постепенно складываться новый музыкальный жанр - спиричуэлс. Это духовные протестантские песнопения-гимны на тему "Вот придёт Иисус и спасёт нас всех!" Самые ранние произведения этого жанра построены на системе "вопрос-ответ" ("респонсорий") - запевала (духовник) заводит первую строку, а община подхватывает остальные. Позже из этих спиричуэлсов вырастут первые чёрные блюзы и джазовые стандарты.
И вот примерно там и тогда появляется хоровое произведение, которое называется "When The Chariot Comes" ("Когда приедет колесница").
When the chariot comes - spiritual
O, who will drive the chariot
When she comes?
O, who will drive the chariot
When she comes?
O, who will drive the chariot,
O, who will drive the chariot,
O, who will drive the chariot
When she comes?
King Jesus, he'll be driver when she comes,
When she comes...
She'll be loaded with bright Angels
When she comes...
She will neither rock nor totter,
When she comes...
She will run so level and steady,
When she comes...
She will take us to the portals,
When she comes...
"О, кто же будет управлять колесницей, когда она приедет? А сам царь Иисус будет ею управлять! На ней будут ясные ангелы, она не будет трястись и качаться, и на ней мы поедем в небеса..."
Речь тут идёт о втором Пришествии, когда наступит Конец Дней, и все счастливо помрут. Неграм эта тема очень нравилась - жили они несладко, и их можно понять.
Интересно, что тут местоимение "she" относится именно к колеснице, хоть это и довольно странно для английского языка. Сами американцы объясняют это тем, что Колесница, мол, непростая, поэтому и "Она". И она ещё как бы немножко "ship" - "корабль", который в английском языке однозначно "she", это такое историческое исключение.
Самая ранняя фиксация этой песни - в 1899 году, в сборнике New England Magazine Vol 19, No. 6 (кроме этого, ещё упоминается сборник "Old Plantation Hymns" того же года).
У "Колесницы" есть известный похожий гимно-хоровой извод, зафиксированный чуть позже по времени, где она впрямую называется "Ship" (что удачно объясняет её местоимение) - "The Old Ship of Zion".
The old Ship of Zion when she comes, when she comes,
The old Ship of Zion when she comes, when she comes,
It's the old Ship of Zion, the old Ship of Zion,
The old Ship of Zion when she comes, when she comes.
She rocks so level and steady, when she comes... - и так далее, близко к "Колеснице".
Впрочем, в 1925 году она была записана уже немного с другими словами, но религиозный смысл сохраняется.
1890-е, Мидвест
Песня про колесницу "пошла в народ", и как это часто случается с гениальной музыкой, она оторвалась от своих первоначальных забубённых слов. И обнаружилась в 1890-е годы в районе американского Мидвеста - это центральные и северные штаты. Там в то время тянули железную дорогу через Великие равнины, тема была большая и важная, и тьма народу работала на этих шпалах.
И вот эти самые железнодорожные рабочие подхватили эту мелодию и приделали к ней свои слова. Однако же хвост-рефрен, оставшийся от старой чёрной колесницы, - "when she comes" - сохраняется. И получается у них вот какая забавная штука:
She'll be comin' round the mountain when she comes.
She'll be comin' round the mountain when she comes.
She'll be comin' round the mountain, she'll be coming' round the mountain,
She'll be comin' round the mountain when she comes.
И так далее, где куплеты строятся по следующим фразам:
She'll be drivin' six white horses when she comes...
Oh, we'll all go to meet her when she comes...
We will kill the old red rooster when she comes...
We'll be havin' chicken and dumplings when she comes....
"Она явится из-за горы, когда явится. Она будет править шестёркой белых лошадей, мы выйдем встречать её, мы зарежем старого красного петуха, и у нас будет (праздничный) куриный суп с клёцками - когда она явится"
Самое забавное, что работяги искренне считали эту песню своим собственным фольклором, местоимение "she" относили к желанному паровозу, который когда-нибудь привезёт им бабло и выпивку, и исполняли это дело очень серьёзно.
Mitch Miller - She'll Be Coming 'Round The Mountain
Когда же основные трассы были построены, песня с успехом начала кататься по разным городам, от востока до запада - и понемногу отвалилась от железнодорожников, а смысл сакрального паровоза окончательно утерялся. В начале XX века её стали относить к жанру нонсенса, весёлой чепухи и активно пели во всяких скаутских лагерях.
Впервые она зафиксирована в 1927 году в фундаментальном сборнике американского фольклора "The American Songbag". Записал её поэт, историк и фольклорист Карл Сэндберг, который ездил по глубинке, собирал что где поют, да и сам выступал с гитарой.
1920-30-е годы, Америка
Первая запись этой песни: Henry Whitter, 1924 год:
She's Coming Around The Mountain
И вот после этого пошла какая-то бешеная волна записей - эту песню не исполнял только ленивый, в самых разных аранжировках и составах. И от исполнения к исполнению можно заметить, как постепенно она становится совсем юмористической и детской: где-то вставляются смешные звуки, иллюстрирующие действие - "игого", "ням-ням" и так далее. Иногда немного гуляют слова - в сторону описания некоей девушки ("She"), которая правит своей повозкой (природа не терпит пустоты, да).
1940-е годы, Америка
Песня "She'll be coming 'round the mountain" становится исключительно детской. Её знает не только каждый уважающий себя скаут, но и любой школьник страны. Она встраивается в культурный генетический код американцев. Более того, песня превращается в игру с макароническим принципом - это когда надо постепенно запоминать последовательность слов или действий, нарастающую от куплета к куплету.
И как именно играли в эту игру, показано в фильме 1947 года "The Last Round-Up", где её уже знают два поколения:
Gene Autry - She'll Be Comin' Round the Mountain (The Last Round-Up 1947)
1950-е годы, Европа
После войны в истосковавшуюся по культуре Европу хлынула американская музыка всех накопившихся там жанров и стилей. И музыку эту не просто слушали, а жадно переводили и сами начинали петь. Где-то это были относительно точные переводы, а где-то локализации с учётом своих собственных национальных особенностей. И с задорной детской песенкой "She'll be coming..." в Европе случилось именно второе - люди же видят, что она в жанре детского нонсенса, значит там смысл особо не важен.
Песня выстрелила целым фейерверком вариантов детских песенок на разных языках - норвежском, датском, немецком, французском и даже японском.
На японском смысл был примерно такой: "Если тебе хорошо, поделись с окружающими позитивом".
На норвежском такой: "Когда я помру, ты можешь делать вот что - (далее шёл бредоватый список, включающий возможность жрать всякую дрянь, ложится спать чёрте когда, богохульствовать и т.п.)
На французском речь шла о всаднице, которая съехала с горы и давай обнимать своего дедушку (бабушку).
Но самые первые локализации появились в 1949 году - на датском и немецком языках.
Первая (на обоих языках) называлась "Tante aus Marokko" ("Тётя из Марокко") - "У меня есть тётя в Марокко, и она скоро приедет! Она едет на двух верблюдах, хоббель-боббель! Она стреляет из двух пистолетов! Мы зарежем свинью, когда она приедет, и хлебнём из бутылки, буль-буль!.."
Вторая была только на немецком языке и называлась "Von den blauen Bergen kommen wir" - "Мы едем с голубых гор". Это была вольная стилизация на ковбойскую тему и исполнялась в стиле кантри.
"Мы едем с голубых гор на наших лошадях! Нам нравится далеко путешествовать! Мы ловим самого сильного бизона! Ковбои любят виски, пистолеты и баб! И ещё мустангов! Ночью мы сидим у костра и радуемся!"
Что во Франции, что в Германии - песня долгое время оставалась сильно связана со скаутским движением и с прочей внеклассной культмассовой деятельностью.
Обратите внимание, как удивительным образом в локализациях сохраняется тема прибытия некоей женщины, лошадей и гор.
В Англии, понятное дело, ничего переделывать не стали, но добавили дополнительный куплет про пижаму: "She'll be wearing red pajamas when she comes..." Ну, впрочем, там знают толк в абсурде, так исторически сложилось.
Но самое интересное - в этих европейских локализациях у песни появляется припев, с отдельным мелодическим рисунком. Везде и на всех языках:
"Zing ik ay ay yippie, yippie yee"
"Singen jaja jippi jippi jeh"
"Singing I, I, youpee, youpee I"
В Америке такого не было, видимо, там подобный припев принципиально не мог появиться - из-за уважения к историческим железнодорожным работягам. Всё-таки там хватало образованных людей, которые об этом знали.
И в Америку этот припев попал в отражённом виде - из Европы. В 1954 году Пит Сигер на своей пластинке "American Folk Songs For Children" уже исполняет этот припев в своём исполнении этой песни. Но только мелодию, без слов. Зато с британским куплетом про пижаму.
She'll Be Coming Round the Mountain
В настоящее время эта песня в своих разнообразных национальных изводах - одна из самых знаменитых детских песен во всём мире. И для всех людей мира она примерно значит так же, как для нас "Жили у бабуси два весёлых гуся".
1960-70-е годы, Советский Союз
В нашу страну эта песня попала тоже "скаутским" образом - через международный детский лагерь "Артек". И впервые случилось это в середине 60-х, когда туда приехала делегация детей из Франции с песней "Elle descend de la montagne".
Elle descend de la montagne
Elle descend de la montagne a cheval
Elle descend de la montagne a cheval
Elle descend de la montagne
Elle descend de la montagne
Elle descend de la montagne a cheval
(полный текст приложен к ролику на Ютубе)
"Она спускается с горы на лошади и крепко обнимает своего дедушку. Ах, как я бы хотел стать её дедушкой в этот миг! Но если подумать, то мне больше нравятся свои волосы и зубы, а не дедушкины."
Нашим пионерам песня эта страшно понравилась, и они её, недолго думая, сами локализовали, как бы с французского (хотя дальше второго куплета текст к ним не дошёл):
Она спускается с горы на лошадИ.
Она спускается с горы на лошадИ.
Она спускается с горы,
Она спускается с горы,
Она спускается с горы на лошадИ.
Синди-яя, юпи-юпи-я!
Синди-яя, юпи-юпи-я!
Синди-яя, юпи,
Синди-яя, юпи,
Синди-яя, юпи-юпи-я!
Она целует свою бабушку в щекУ.
Она целует свою бабушку в щекУ.
Она целует свою ба,
Она целует свою ба,
Она целует свою бабушку в щекУ.
А ей бабушка-ворчунья говорит.
А ей бабушка-ворчунья говорит.
А ей бабушка-ворчунья,
А ей бабушка-ворчунья,
А ей бабушка-ворчунья говорит:
"Что поделать мне с тобою, стрекоза?
Что поделать мне с тобою, стрекоза?
Что поделать мне с тобою,
Что поделать мне с тобою,
Что поделать мне с тобою, стрекоза?"
Не пора ли эту песенку кончать?
Не пора ли эту песенку кончать?
Не пора ли, не пора ли,
Не пора ли, не пора ли,
Не пора ли нам другую начинать?
С припевом же вышли разночтения - никто толком не понимал, что имеют в виду французы, и поэтому его оставили, как слышали. Песня эта многократно переписывалась в песенники на слух, и туда зафиксировались самые разнообразные варианты: "синди-я-я, сиви-я-я, сильви-я-я..." и т.д. В некоторых местах пели даже "Зульфия-я".
Эта самая "Сивия" или "Синдия" пошла "в народ" дальше по другим детским лагерям - и огромное количество старых советских пионеров её помнят до сих пор в этом виде. Возможно, так её когда-то услышал в детстве и тот арбатский Хоббит (Алексей Бекетов) - и "юпи" естественным образом превратилось в "хиппи". Но нигде, кроме пожелтевших детских песенников, у нас этот вариант официально не записан.
Но было ещё и второе проникновение, с другой географической стороны, как вспоминают в Артеке. В середине 70-х туда приехали японские школьники с песней "Shiawase nara te o tatako" - и это был как раз японский извод на тему "Если весело живётся, делай так!" Интересно, что этот вариант как раз сохранил американскую макароническую игру с разнообразными действиями, которые накапливались после каждого куплета - и поэтому страшно понравился вожатым и методистам. Этот вариант был даже напечатан в журнале "Затейник" (№15 1975 г.) как "японская детская песня".
В Японии, разумеется, тоже считают, что это их исконная песня, она там даже включена в их список "100 лучших японских песен всех времён и народов". Правда, с источником музыки они сами не очень уверены - по их мнению это то ли испанская, то ли латвийская.
Как бы то ни было, этот вариант примерно в 60-е отразился обратно в Европу и Америку и зафиксировался там в виде детской песни-игры If You're Happy and You Know It.
И в таком виде его уже локализовали глобально по всем странам и континентам. И на русском сейчас тоже есть - Если Весело Живется, Делай Так - с кошмарной рифмой: "Если весело живётся // Мы друг другу улыбнёмся".
Но всё-таки есть возможность, что эта "Если весело живётся" - боковая ветка, далеко отстрелившаяся в Европе в 50-60-е. Она сохранила ритмический рисунок, но мелодия у неё заметно изменилась. Тут надо бы ещё покопать, но от колесницы там уже ничего не осталось.
1990-е, Арбат
Самое козырное место на Арбате для выступления - арки, ведущие во внутренние дворы. Если стоять по центру и чуть-чуть вглубь, голос начинает отражаться от стен, и получается как бы небольшое усиление с реверберацией. На арки была очередь, особенно в выходные. Но в будни было свободно, а народу всё равно много ходило. Я клал сумку с чехлом в уголок арки, вешал гитару на шею и заводил: "Мы стояли и дринчали мирно квас..." Мимо цокала аляповатая туристическая карета, сидящий в ней пожилой негр расширял глаза и выкручивал шею, стараясь разобрать слова, но я его не замечал.
В каком это смысле - "русский текст"?
Ну послушал.
Шта?!
Мужик этот, оказывается, поёт песню, которую я действительно знаю на русском с давних времён. Но поёт с какими-то своими английскими словами про коронавирус и прочую злобудня. Постойте, но откуда он знает нашу "народную хиповскую песню" - "Сингай-гай"? Арбатом там в анамнезе не пахнет - а ему ещё и толпа подпевает!
Похоже, есть какой-то общий источник, но где и что? Мы с Гайдуком это почувствовали, видимо, одновременно - и оба пошли копать. Дмитрий успел раньше и уже выложил свой материал, а я копался медленно и со вкусом.
Поехали, вот это исходное видео:
Darren Nesbit - Stick Your New World Order Up Your Arse (We Are The 99%)
Чувака зовут Дэррен Нэсбит, прыгает он на Трафальгарской площади в Лондоне 22 августа нынешнего года. Поёт переделку своей собственной песни, которая была написана парой лет раньше и называется "Засуньте Свой Новый Мировой Порядок Себе В Жопу". Как следует из этого антуража, он классический европейский панк английского разлива.
Принципиального он там у себя ничего не переделал, просто добавил кучу злободневных куплетов:
"Засуньте себе ваш коронавирус..."
"Засуньте себе вашу вакцину..."
"Засуньте себе вашу 5G-вышку..."
И припев, что характерно, начинается со слова "singing": "Singing we are the 99 percent!.."
Полный текст этой проникновенной авторской песни выложен при видео на Ютубе там же.
Но разве это его музыка?
Хиповская песня "Сингай-гай" появилась примерно в середине 80-х, знаю я её с 89-90 г. Автор её известен - это арбатский хип Хоббит (Алексей Бекетов), автор ярких записок-хроник об арбатской жизни. Правда, он сам пишет, что сочинил её на пару с неким "Соккаром, он сейчас в Израиловке живёт".
Песня Хоббита "Сингай-гай" (или "Сингингай") разошлась довольно широко по странам бывшего СССР, и её знали не только хипы. В разных тусовках её название могло отличаться - например, я слышал именно вариант "Сингай-гай", сами авторы исполняли, как "Сингин гай" ("Singing guy"?), а в Ставрополье она называется "Сан Гин Гай", и там у музыки слегка изменённая гармония.
Вот наиболее аутентичное исполнение, что нашлось в сети:
"Мы стояли и дринчали мирно квас..." (Группа "Гедония", альбом "Острый бронхит", 1991)
Полный текст (явно обросший дополнительными народными куплетами):
Мы стояли и дринчали мирно квас.
Мы стояли и дринчали мирно квас.
Мы стояли и дринчали, никого не замечали.
Стрёмный полис повинтил за что-то нас.
А сингай-гай, гай, хиппи, хиппи-ай!
Сингай-гай, гай, хиппи, хиппи-ай!
Сингай-гай, гай, хиппи,
Сингай-гай, гай, хиппи,
Сингай-гай, гай, хиппи, хиппи-ай!
Говорят, что наши волосы длинны.
Говорят, что наши волосы грязны.
И нам хаер обстригают
И в Афган нас отправляют,
Хоть мы вовсе не сторонники войны.
Мы тусуемся по разным городам,
И в подъездах найтовать привычно нам.
Любим мы цветы и песни,
И поэтому все вместе
Помогайте, люди добрые, хипам!
А когда произойдет переворот
И Система власть повсюду заберёт,
Мы ментов стебать не будем -
Пусть тусуются как люди.
Неформальным станет стриженый народ.
Если встретим мы последнюю урлу,
То накормим и посадим на иглу.
Пусть на всех аскают деньги
И плетут тихонько феньки
И целуют в щёчку каждую герлу!
Волосатый пипл всюду будет прав,
На скамеечках завертится фрилав,
Мы дурдомы в пыль развеем,
Анашою все засеем,
И наступит время кайфа и забав!
Маком розовым покроются поля,
И цвести повсюду будет конопля,
Волосатые ублюдки будут нюхать незабудки -
Вся Земля - одни сплошные Гоголя!
Я в юности тоже радостно орал эту песню, сиживая на скамеечках - уж такая она была задорная. Хитом же она была из-за мгновенно запоминающейся музыки - ничего похожего я тогда не слышал.
Но и авторы "Сингай-гая" не имеют отношения к этой музыке.
Корни её тянутся на полтораста лет назад и через океан.
1850-е, Америка, южные штаты
В чёрной общине тогда начинает постепенно складываться новый музыкальный жанр - спиричуэлс. Это духовные протестантские песнопения-гимны на тему "Вот придёт Иисус и спасёт нас всех!" Самые ранние произведения этого жанра построены на системе "вопрос-ответ" ("респонсорий") - запевала (духовник) заводит первую строку, а община подхватывает остальные. Позже из этих спиричуэлсов вырастут первые чёрные блюзы и джазовые стандарты.
И вот примерно там и тогда появляется хоровое произведение, которое называется "When The Chariot Comes" ("Когда приедет колесница").
When the chariot comes - spiritual
O, who will drive the chariot
When she comes?
O, who will drive the chariot
When she comes?
O, who will drive the chariot,
O, who will drive the chariot,
O, who will drive the chariot
When she comes?
King Jesus, he'll be driver when she comes,
When she comes...
She'll be loaded with bright Angels
When she comes...
She will neither rock nor totter,
When she comes...
She will run so level and steady,
When she comes...
She will take us to the portals,
When she comes...
"О, кто же будет управлять колесницей, когда она приедет? А сам царь Иисус будет ею управлять! На ней будут ясные ангелы, она не будет трястись и качаться, и на ней мы поедем в небеса..."
Речь тут идёт о втором Пришествии, когда наступит Конец Дней, и все счастливо помрут. Неграм эта тема очень нравилась - жили они несладко, и их можно понять.
Интересно, что тут местоимение "she" относится именно к колеснице, хоть это и довольно странно для английского языка. Сами американцы объясняют это тем, что Колесница, мол, непростая, поэтому и "Она". И она ещё как бы немножко "ship" - "корабль", который в английском языке однозначно "she", это такое историческое исключение.
Самая ранняя фиксация этой песни - в 1899 году, в сборнике New England Magazine Vol 19, No. 6 (кроме этого, ещё упоминается сборник "Old Plantation Hymns" того же года).
У "Колесницы" есть известный похожий гимно-хоровой извод, зафиксированный чуть позже по времени, где она впрямую называется "Ship" (что удачно объясняет её местоимение) - "The Old Ship of Zion".
The old Ship of Zion when she comes, when she comes,
The old Ship of Zion when she comes, when she comes,
It's the old Ship of Zion, the old Ship of Zion,
The old Ship of Zion when she comes, when she comes.
She rocks so level and steady, when she comes... - и так далее, близко к "Колеснице".
Впрочем, в 1925 году она была записана уже немного с другими словами, но религиозный смысл сохраняется.
1890-е, Мидвест
Песня про колесницу "пошла в народ", и как это часто случается с гениальной музыкой, она оторвалась от своих первоначальных забубённых слов. И обнаружилась в 1890-е годы в районе американского Мидвеста - это центральные и северные штаты. Там в то время тянули железную дорогу через Великие равнины, тема была большая и важная, и тьма народу работала на этих шпалах.
И вот эти самые железнодорожные рабочие подхватили эту мелодию и приделали к ней свои слова. Однако же хвост-рефрен, оставшийся от старой чёрной колесницы, - "when she comes" - сохраняется. И получается у них вот какая забавная штука:
She'll be comin' round the mountain when she comes.
She'll be comin' round the mountain when she comes.
She'll be comin' round the mountain, she'll be coming' round the mountain,
She'll be comin' round the mountain when she comes.
И так далее, где куплеты строятся по следующим фразам:
She'll be drivin' six white horses when she comes...
Oh, we'll all go to meet her when she comes...
We will kill the old red rooster when she comes...
We'll be havin' chicken and dumplings when she comes....
"Она явится из-за горы, когда явится. Она будет править шестёркой белых лошадей, мы выйдем встречать её, мы зарежем старого красного петуха, и у нас будет (праздничный) куриный суп с клёцками - когда она явится"
Самое забавное, что работяги искренне считали эту песню своим собственным фольклором, местоимение "she" относили к желанному паровозу, который когда-нибудь привезёт им бабло и выпивку, и исполняли это дело очень серьёзно.
Mitch Miller - She'll Be Coming 'Round The Mountain
Когда же основные трассы были построены, песня с успехом начала кататься по разным городам, от востока до запада - и понемногу отвалилась от железнодорожников, а смысл сакрального паровоза окончательно утерялся. В начале XX века её стали относить к жанру нонсенса, весёлой чепухи и активно пели во всяких скаутских лагерях.
Впервые она зафиксирована в 1927 году в фундаментальном сборнике американского фольклора "The American Songbag". Записал её поэт, историк и фольклорист Карл Сэндберг, который ездил по глубинке, собирал что где поют, да и сам выступал с гитарой.
1920-30-е годы, Америка
Первая запись этой песни: Henry Whitter, 1924 год:
She's Coming Around The Mountain
И вот после этого пошла какая-то бешеная волна записей - эту песню не исполнял только ленивый, в самых разных аранжировках и составах. И от исполнения к исполнению можно заметить, как постепенно она становится совсем юмористической и детской: где-то вставляются смешные звуки, иллюстрирующие действие - "игого", "ням-ням" и так далее. Иногда немного гуляют слова - в сторону описания некоей девушки ("She"), которая правит своей повозкой (природа не терпит пустоты, да).
1940-е годы, Америка
Песня "She'll be coming 'round the mountain" становится исключительно детской. Её знает не только каждый уважающий себя скаут, но и любой школьник страны. Она встраивается в культурный генетический код американцев. Более того, песня превращается в игру с макароническим принципом - это когда надо постепенно запоминать последовательность слов или действий, нарастающую от куплета к куплету.
И как именно играли в эту игру, показано в фильме 1947 года "The Last Round-Up", где её уже знают два поколения:
Gene Autry - She'll Be Comin' Round the Mountain (The Last Round-Up 1947)
1950-е годы, Европа
После войны в истосковавшуюся по культуре Европу хлынула американская музыка всех накопившихся там жанров и стилей. И музыку эту не просто слушали, а жадно переводили и сами начинали петь. Где-то это были относительно точные переводы, а где-то локализации с учётом своих собственных национальных особенностей. И с задорной детской песенкой "She'll be coming..." в Европе случилось именно второе - люди же видят, что она в жанре детского нонсенса, значит там смысл особо не важен.
Песня выстрелила целым фейерверком вариантов детских песенок на разных языках - норвежском, датском, немецком, французском и даже японском.
На японском смысл был примерно такой: "Если тебе хорошо, поделись с окружающими позитивом".
На норвежском такой: "Когда я помру, ты можешь делать вот что - (далее шёл бредоватый список, включающий возможность жрать всякую дрянь, ложится спать чёрте когда, богохульствовать и т.п.)
На французском речь шла о всаднице, которая съехала с горы и давай обнимать своего дедушку (бабушку).
Но самые первые локализации появились в 1949 году - на датском и немецком языках.
Первая (на обоих языках) называлась "Tante aus Marokko" ("Тётя из Марокко") - "У меня есть тётя в Марокко, и она скоро приедет! Она едет на двух верблюдах, хоббель-боббель! Она стреляет из двух пистолетов! Мы зарежем свинью, когда она приедет, и хлебнём из бутылки, буль-буль!.."
Вторая была только на немецком языке и называлась "Von den blauen Bergen kommen wir" - "Мы едем с голубых гор". Это была вольная стилизация на ковбойскую тему и исполнялась в стиле кантри.
"Мы едем с голубых гор на наших лошадях! Нам нравится далеко путешествовать! Мы ловим самого сильного бизона! Ковбои любят виски, пистолеты и баб! И ещё мустангов! Ночью мы сидим у костра и радуемся!"
Что во Франции, что в Германии - песня долгое время оставалась сильно связана со скаутским движением и с прочей внеклассной культмассовой деятельностью.
Обратите внимание, как удивительным образом в локализациях сохраняется тема прибытия некоей женщины, лошадей и гор.
В Англии, понятное дело, ничего переделывать не стали, но добавили дополнительный куплет про пижаму: "She'll be wearing red pajamas when she comes..." Ну, впрочем, там знают толк в абсурде, так исторически сложилось.
Но самое интересное - в этих европейских локализациях у песни появляется припев, с отдельным мелодическим рисунком. Везде и на всех языках:
"Zing ik ay ay yippie, yippie yee"
"Singen jaja jippi jippi jeh"
"Singing I, I, youpee, youpee I"
В Америке такого не было, видимо, там подобный припев принципиально не мог появиться - из-за уважения к историческим железнодорожным работягам. Всё-таки там хватало образованных людей, которые об этом знали.
И в Америку этот припев попал в отражённом виде - из Европы. В 1954 году Пит Сигер на своей пластинке "American Folk Songs For Children" уже исполняет этот припев в своём исполнении этой песни. Но только мелодию, без слов. Зато с британским куплетом про пижаму.
She'll Be Coming Round the Mountain
В настоящее время эта песня в своих разнообразных национальных изводах - одна из самых знаменитых детских песен во всём мире. И для всех людей мира она примерно значит так же, как для нас "Жили у бабуси два весёлых гуся".
1960-70-е годы, Советский Союз
В нашу страну эта песня попала тоже "скаутским" образом - через международный детский лагерь "Артек". И впервые случилось это в середине 60-х, когда туда приехала делегация детей из Франции с песней "Elle descend de la montagne".
Elle descend de la montagne
Elle descend de la montagne a cheval
Elle descend de la montagne a cheval
Elle descend de la montagne
Elle descend de la montagne
Elle descend de la montagne a cheval
(полный текст приложен к ролику на Ютубе)
"Она спускается с горы на лошади и крепко обнимает своего дедушку. Ах, как я бы хотел стать её дедушкой в этот миг! Но если подумать, то мне больше нравятся свои волосы и зубы, а не дедушкины."
Нашим пионерам песня эта страшно понравилась, и они её, недолго думая, сами локализовали, как бы с французского (хотя дальше второго куплета текст к ним не дошёл):
Она спускается с горы на лошадИ.
Она спускается с горы на лошадИ.
Она спускается с горы,
Она спускается с горы,
Она спускается с горы на лошадИ.
Синди-яя, юпи-юпи-я!
Синди-яя, юпи-юпи-я!
Синди-яя, юпи,
Синди-яя, юпи,
Синди-яя, юпи-юпи-я!
Она целует свою бабушку в щекУ.
Она целует свою бабушку в щекУ.
Она целует свою ба,
Она целует свою ба,
Она целует свою бабушку в щекУ.
А ей бабушка-ворчунья говорит.
А ей бабушка-ворчунья говорит.
А ей бабушка-ворчунья,
А ей бабушка-ворчунья,
А ей бабушка-ворчунья говорит:
"Что поделать мне с тобою, стрекоза?
Что поделать мне с тобою, стрекоза?
Что поделать мне с тобою,
Что поделать мне с тобою,
Что поделать мне с тобою, стрекоза?"
Не пора ли эту песенку кончать?
Не пора ли эту песенку кончать?
Не пора ли, не пора ли,
Не пора ли, не пора ли,
Не пора ли нам другую начинать?
С припевом же вышли разночтения - никто толком не понимал, что имеют в виду французы, и поэтому его оставили, как слышали. Песня эта многократно переписывалась в песенники на слух, и туда зафиксировались самые разнообразные варианты: "синди-я-я, сиви-я-я, сильви-я-я..." и т.д. В некоторых местах пели даже "Зульфия-я".
Эта самая "Сивия" или "Синдия" пошла "в народ" дальше по другим детским лагерям - и огромное количество старых советских пионеров её помнят до сих пор в этом виде. Возможно, так её когда-то услышал в детстве и тот арбатский Хоббит (Алексей Бекетов) - и "юпи" естественным образом превратилось в "хиппи". Но нигде, кроме пожелтевших детских песенников, у нас этот вариант официально не записан.
Но было ещё и второе проникновение, с другой географической стороны, как вспоминают в Артеке. В середине 70-х туда приехали японские школьники с песней "Shiawase nara te o tatako" - и это был как раз японский извод на тему "Если весело живётся, делай так!" Интересно, что этот вариант как раз сохранил американскую макароническую игру с разнообразными действиями, которые накапливались после каждого куплета - и поэтому страшно понравился вожатым и методистам. Этот вариант был даже напечатан в журнале "Затейник" (№15 1975 г.) как "японская детская песня".
В Японии, разумеется, тоже считают, что это их исконная песня, она там даже включена в их список "100 лучших японских песен всех времён и народов". Правда, с источником музыки они сами не очень уверены - по их мнению это то ли испанская, то ли латвийская.
Как бы то ни было, этот вариант примерно в 60-е отразился обратно в Европу и Америку и зафиксировался там в виде детской песни-игры If You're Happy and You Know It.
И в таком виде его уже локализовали глобально по всем странам и континентам. И на русском сейчас тоже есть - Если Весело Живется, Делай Так - с кошмарной рифмой: "Если весело живётся // Мы друг другу улыбнёмся".
Но всё-таки есть возможность, что эта "Если весело живётся" - боковая ветка, далеко отстрелившаяся в Европе в 50-60-е. Она сохранила ритмический рисунок, но мелодия у неё заметно изменилась. Тут надо бы ещё покопать, но от колесницы там уже ничего не осталось.
1990-е, Арбат
Самое козырное место на Арбате для выступления - арки, ведущие во внутренние дворы. Если стоять по центру и чуть-чуть вглубь, голос начинает отражаться от стен, и получается как бы небольшое усиление с реверберацией. На арки была очередь, особенно в выходные. Но в будни было свободно, а народу всё равно много ходило. Я клал сумку с чехлом в уголок арки, вешал гитару на шею и заводил: "Мы стояли и дринчали мирно квас..." Мимо цокала аляповатая туристическая карета, сидящий в ней пожилой негр расширял глаза и выкручивал шею, стараясь разобрать слова, но я его не замечал.
Tags:
(no subject)
28/12/20 01:31 (UTC)(no subject)
28/12/20 01:35 (UTC)(no subject)
28/12/20 01:36 (UTC)(no subject)
28/12/20 08:58 (UTC)Прочитал и прослушал всё до конца :)
Игорь, а сколько времени у тебя уходит на такой пост?
Или вот чисто в охотку - посидел вечер в гугле/ютубе и в один присест написал?
В любом случае завидую.
(no subject)
28/12/20 11:23 (UTC)За один присест его Дима Гайдук написал (по ссылке есть). А я долго возился, у меня сейчас с концертами времени мало было. По часу-два по ночам. Дней пять ушло, наверное.
(no subject)
28/12/20 12:07 (UTC)