Зелёная кваква

[bujhm]

Зелёная кваква
Butorides striatus


© Евгений Коблик

Крик зелёной кваквы

- Ну пока! - сказал папа. - Не скучай тут без меня!
Легко оттолкнулся и полетел низко над водой. "Чьок!" - раздался его крик, а потом ещё раз: "Чьок! Чьок!"
Я вытянула шею и посмотрела ему вслед. Чего-чего, а вот шею вытягивать я умею, у нас это врождённое. Так-то мы птицы небольшие, с виду и не скажешь, что у нас шея всегда сложена в оперении. А вытянуть её можно в три раза длиннее собственного тела - это для охоты очень помогает. Только я пока не очень умею охотиться, ещё учусь.
Папа скрылся за речным поворотом, и я осмотрелась по сторонам. Смеркалось, но звёзд на небе пока ещё не было. Самое наше время - сумерки. Все хищники, как говорит папа, - хорошо видят или днём, или ночью. А в сумерках и те и другие путаются, вот мы их и не боимся. Впрочем, сюда не доберётся ни один хищник даже днём. Здесь у подтопленных речных берегов, среди лабиринта стеблей и веток, в буреломе нанесённых коряг вообще мало кто сможет пройти! Это уссурийская тайга, и тут, как смеётся папа, "сам тигр лапу сломит".
Так, а где сестрёнка? Только что тут была!
Я втянула шею и полезла по прибрежным стеблям вдоль берега. Самое простое было - научиться делать это бесшумно, не зря у всех нас, квакв, такие длинные пальцы на ногах. А ещё я, когда была маленькая, никак не понимала, почему нас зовут кваквами. Мы же не лягушки, а цапли! Но мне мама объяснила, что так нас назвали в честь наших более многочисленных родственников - обыкновенных квакв. Вот они-то действительно квакают по-лягушачьи, даже спутать можно. А мы кваквы не простые, а зелёные. И крик у нас другой, вон папа кричал недавно.
Да куда же она запропастилась?
Я прислушалась.
Ага, вот она, где-то хнычет в той стороне. Когда только успела убежать! Ну, главное, что недалеко от гнезда.
Гнездо наше было хорошо видно снизу. Прямо над журчащей водой нависали густые заросли ивы - и вот на перекрестьи двух длинных и тонких веток оно как раз и крепилось. Гнездо наше давнее, висит тут не первый год. Родители его весной достраивали и укрепляли сухими ивовыми прутиками - получился удобный конус. Правда, оно местами просвечивает, но это не страшно, по таким веткам пройти нельзя, сразу свалишься.
Хныканье становилось всё громче. Вот ведь пигалица бескрылая! Нам осенью на Филиппины лететь, это ж чёрте где! А она никак самостоятельно гулять не научится! Жалко, что мы не живём в тропиках, как большинство наших родичей - те вообще никуда не перелетают осенью, так и живут в своих тёплых мангровых зарослях круглый год.
Я вышла к небольшой открытой заводи. Ну точно, вот она! Испугалась и вытянулась в струну - пытается травинку изобразить, как мама учила. Только травинки такими толстыми не бывают.
- Да не бойся, это я! Что ты тут хнычешь?
Сестра уныло вздохнула.
- Рыба.
Я посмотрела на воду. Здесь на мелководье резвилась куча мальков, они целыми стайками метались из стороны в сторону.
- И что рыба?
- Они разбега-аются! - сестра скривилась и изготовилась хныкать дальше.
Хм. Я пригляделась. Похоже, и впрямь, их не так легко поймать, они слишком далеко.
- Да не реви ты! - прикрикнула я на сестру. - Сейчас что-нибудь придумаем.
Так. Что там показывал папа. Есть один хитрый способ, но для него нужно насекомое и желательно живое.
Но никаких насекомых в округе не было - ни стрекоз, ни кузнечиков, ни жучка завалящего. Поздно уже, все они спать завалились. Что же придумать? А если так попробовать?
Я изловчилась и выдернула из хвоста у сестры мелкое пёрышко - та даже ойкнуть не успела.
- Смотри сюда! - строгим голосом сказала я. - Мы осторожно кладём этот предмет на воду...
Сестра разинула клюв от изумления. Светлое пёрышко закачалось на воде - и через пару секунд к нему, изнемогая от любопытства, бросились мальки.
- Лови давай! - крикнула я, выстреливая шеей подальше в воду.
Сестра пристроилась рядом - и вот уже рыбка бьётся у неё в клюве! Ай да мы!
- Ай да вы!
Ой, кто это сказал? Папа? А мы и не заметили, как он подошёл.
- Папа! Мы рыбу поймали! - радостно закричала сестра. - Прямо на приманку!
- Да вижу, вижу, можно так не кричать! - ответил довольный папа. - Молодцы! Настоящие кваквы! Лучше всего, конешно, какую-нибудь живность туда бросать - пока она трепыхается, к ней целые стаи рыб мчатся. Но и просто так тоже работает.
У папы от гордости даже чёрный хохолок поднялся над головой. Он расправил свои серо-зелёные крылья и хлопнул ими.
- Мать! Ты это видела?
- А то как же! - откликнулась сверху мама.
- Ну тогда давайте все вместе! Чьок!
- Чьок! Чьок! Чьок!