![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bujhm3. Эстонская двухходовка (1934)
14 января 1934 г.
Рига. Еженедельный журнал "Для Вас".
Статья "Тайна затонувшего памятника".
"Как известно, в 1915 году, когда Рига подготовлялась к эвакуации, было постановлено увезти также и памятник Петру. Решили отправить его в Петербург. Пароходу «Сербино», шедшему под английским флагом, была поручена эта миссия.
Вероятно, многие рижане еще помнят день, когда статую на катках перекатывали к набережной, у которой стоял небольшой грузовой пароход. Статуя не была уложена в ящик, а между ногами бронзового коня были проложены балки. Винты, соединявшие балки, проходили через бронзовые ноги, которые для этой цели пришлось просверлить.
Трюм «Сербино» был невелик. После того, как бронзовая статуя была опущена в него, оказалось, что люк не удается закрыть. Трюм так и остался открытым, причем часть памятника выпирала наружу.
С этими странно торчащими из заднего трюма бронзовыми ногами коня, «Сербино» отправился в путь. Капитан, старый моряк, которого я еще ясно помню, предчувствовал недоброе и вышел в море очень неохотно.
«Сербино» имел приказ идти в Монзунд и стать перед Вормсом в ожидании дальнейших приказаний. Предполагалось, что здесь он получит охранное военное судно, с помощью которого проскользнет в Финский залив.
Не знаю по чьей вине, однако «Сербино», прибыв к месту назначения, не застал здесь охранное судно. Более того, никто не давал ему никаких приказаний, и капитан в ожидании инструкций с берега, дал приказ бросить якорь. «Сербино» простоял на якоре целый день. Ночью один из немецких истребителей, шнырявших в Балтийском море, сделал то, что сделало бы каждое неприятельское судно: увидев вражеский транспорт, он потопил его.
Я был в Монзунде несколькими днями спустя и видел торчащую из воды трубу и мачты затонувшего «Сербино». Мне сообщили, что команда спаслась и находится на берегу.
Неделю спустя в Петербурге, я сидел в комнате маленькой петербургской гостиницы, и выслушивал рассказ старого капитана, посылавшего проклятия по адресу тех, кто заставил «Сербино» играть в течение целых суток роль мишени для германских судов. Капитан не чувствовал за собой никакой вины и горевал о гибели своего судна.
— Роковая бронза, — сказал, я ему. — Помните, у вас было плохое предчувствие, когда вы выходили в море.
— Роковая бронза, — сказал он с горечью. — Она даже не затонула с моим пароходом!
— Как так?
— Очень просто. Вы помните, что я не смог закрыть люк трюма. Когда вода стала наполнять пароход и давление внизу возросло, бронзовая статуя вылетела из трюма, как пробка. Правда, нам было не до нее, потому что мы спускались в лодки, и думали о собственной жизни, но я еще ясно помню, как статую отнесло от нас течением.
— Вы помните силу ветра, и его направление? — спросил я. — Он сказал. Ветер был не сильный, море спокойное. Я точно запомнил его данные. Я не придавал тогда много значения всему этому. Мы только вдвоем знали тайну местонахождения статуи. Она отплыла от затонувшего парохода в темноту ночи, но мы знали куда: постепенно наполняясь водой, она затонула: Тогда нас было двое. Через месяц остался лишь я один. Старик, получив в командование другой пароход, вышел из Петербурга в Лондон. По пути их настигла германская подводная лодка. Пароход был пущен ко дну, команда и капитан погибли.
(Н.Н.)"
Февраль 1934 года.
Эстония, Таллинн.
- Прекрасная работа, просто прекрасная! - сидящий в кресле захлопнул журнал и положил его на гостиничный столик. - Узнаю неподражаемый стиль нашего европейского борзописца. Брешко-Брешковский ведь, если не ошибаюсь? Статья подписана его инициалами.
Собеседник, сидящий напротив, улыбнулся.
- Да. Николай Николаевич с интересом принял наше предложение. Тем более, что на тот момент был несколько... стеснён в средствах. Ну, присочинил немного, конечно, что ему свойственно. Но в целом, наша информация передана верно.
- А почему вы выбрали именно этого журналиста? Он ведь, насколько я знаю, с тридцатых живёт в Париже.
- Именно этим он и ценен. Он ведь для этого рижского еженедельника словно курица, несущая золотые яйца. Ежедневно проводит время среди знатных русских эмигрантов, бывших придворных - все эти великие князи, генералы, адьютанты... Строчит, не покладая пера, кто как был одет на званом обеде, какие драгоценности на княгине, а какие - на фрейлине и так далее. Русские в Риге охотно читают. К тому же редактор Рубиншейн выдал ему полный карт-бланш в этом издании - и наш писака охотно размещает там и другие свои тексты, благо у него полно псевдонимов.
- И что, неужели, он действительно ездил самолично в Хари-курк, на место гибели парохода?
- Да ну что вы! Мы ему подкинули только немного технических деталей, а дальше у него фантазия сама заработала. Вы бы видели, как у него глаза разгорелись!
Собеседники помолчали. Наконец тот, что помоложе, спросил:
- Ну а что же дальше, господин Кульман? Неужели этот памятник так и не искали?
- Искали, конечно же искали. И русские, и немцы в оккупацию, и наши, эстонцы. Но не нашли. Не то оборудование было. А мы теперь сумели. Там много военного железа лежит в проливах. В тридцать первом году министерство утвердило контракты с нами на подъём восьми кораблей. А что касается "Сербино", который в их числе, то мы выждем полгода, пока рижане поживут с этой новостью - а затем сделаем им предложение, от которого они не смогут оказаться. Такие деньги на дороге не валяются, даже если нам придётся по закону четверть отдать государству.
10 июля 1934 года
Таллинн. Ежедневная газета "Paevaleht", номер 187.
Статья "Статуя Петра Великого выставлена на продажу в Риге!"
"Компания Кульмана предложила 15000 крон за статую, которая пролежала 18 лет на дне моря - Соглашение пока не достигнуто - Государство имеет право на процент от продажи найденного имущества.
Руководитель Эстонского общества по подъёму судов Г.Кульман встретился вчера с мэром Риги Целминьшем и предложил приобрести недавно поднятый у острова Вормси памятник Петру Первому. Была озвучена цена - пятнадцать тысяч эстонских крон. Предложение в данные момент рассматривается Рижской городской управой.
Как известно, этот памятник когда-то был собственностью города Риги. Он был торжественно открыт в 1910 году в присутствии царя Николая и всей царской семьи. Во время Мировой войны в 1915 году памятник был эвакуирован из города, чтобы он не попал в руки врагов. Его погрузили на английское торговое судно "Сербино", которое должно было доставить его в Петербург. Однако около острова Вормси "Сербино" было подбито немецкой торпедой и затонуло. С тех пор было предпринято несколько попыток найти и спасти затонувшее имущество, но ни одна не увенчалась успехом.
Но на прошлой неделе компании Кульмана удалось обнаружить пароход на дне моря и в том числе памятник Петру Первому. Статуя была поднята и доставлена в Таллиннский порт, а затем в магазин Оскара Студе, где она и находится в настоящий момент.
Когда компания Кульмана узнала, насколько дорог этот памятник для Риги, она немедленно отправила своего представителя на переговоры - ведь его форма более полезна для продажи в качестве предмета искусства, чем в качестве металлолома. Однако пока нет уверенности в том, будет ли достигнуто соглашение.
Памятник сделан из сплава меди и бронзы и изображает русского царя Петра Великого, сидящего на коне. При подъёмных работах он был частично повреждён. Повреждения, однако, невелики и легко поддаются ремонту, так как наличествуют винты и заклепки, с помощью которых ранее соединялись отдельные части статуи. Потеряны только уши лошади, но их восстановление не вызовет затруднений.
Эстонское государство также заинтересовано в продаже статуи Петра Великого городу Риге, и компания Кульмана должна будет выплатить государству 25% от стоимости имущества, поднятого с морского дна. Кроме этого государство имеет первоочередное право на заключение контрактов по подъёмным работам на морском дне по цене, установленной соответствующей комиссией."
Протокол заседания Рижской городской управы от 10 июля 1934 г.
Заседание ведет городской голова Г.Целминьш.
"...Принимая во внимание историческую ценность вышеупомянутого памятника, городская Управа, после обсуждения вопроса, единогласно
ПОСТАНОВИЛА:
Откупить..."
Николай Николаевич Брешко-Брешковский (1874–1943)
Русский писатель, журналист, критик. Автор множества приключенческих авантюрных романов, которые продолжают переиздаваться по сей день. После эмиграции жил в Польше, но был выдворен оттуда в 1927 году за свои политические сочинения. Затем жил в Париже, писал очерки и статьи для иллюстрированных журналов, рассчитанных на массового читателя. Пользовался множеством псевдонимов. Отличался черносотенскими взглядами.
Во время Второй мировой войны служил в геббельсовском министерстве пропаганды в Берлине. Погиб во время бомбардировки Берлина британской авиацией.
РИЖСКО-ПАРИЖСКИЙ ЖУРНАЛ "ДЛЯ ВАС" Юрий Абызов, Даугава, 2002, № 3
Описание парохода "Сербино" на сайте эстонского морского каталога, с точным указанием места гибели в проливе Хари Курк.
https://register.muinas.ee/public.php?menuID=en_wreckregistry&action=view&id=475
Глава первая. "Пётр и Лизетта (1698)"
Глава вторая, ч. 1. "Перед открытием (1910)"
Глава вторая, ч. 2. "Визит императора (1910)"
Глава вторая, ч. 3. "Эвакуация (1915–1931)"
Глава третья. "Эстонская двухходовка (1934)"
Глава четвёртая. "Скитания по складам (1934–1989)"
Глава пятая. "Дневник инженера (1989–1993)"
Глава шестая. "Прогулка с меценатом (2019)"
14 января 1934 г.
Рига. Еженедельный журнал "Для Вас".
Статья "Тайна затонувшего памятника".
"Как известно, в 1915 году, когда Рига подготовлялась к эвакуации, было постановлено увезти также и памятник Петру. Решили отправить его в Петербург. Пароходу «Сербино», шедшему под английским флагом, была поручена эта миссия.
Вероятно, многие рижане еще помнят день, когда статую на катках перекатывали к набережной, у которой стоял небольшой грузовой пароход. Статуя не была уложена в ящик, а между ногами бронзового коня были проложены балки. Винты, соединявшие балки, проходили через бронзовые ноги, которые для этой цели пришлось просверлить.
Трюм «Сербино» был невелик. После того, как бронзовая статуя была опущена в него, оказалось, что люк не удается закрыть. Трюм так и остался открытым, причем часть памятника выпирала наружу.
С этими странно торчащими из заднего трюма бронзовыми ногами коня, «Сербино» отправился в путь. Капитан, старый моряк, которого я еще ясно помню, предчувствовал недоброе и вышел в море очень неохотно.
«Сербино» имел приказ идти в Монзунд и стать перед Вормсом в ожидании дальнейших приказаний. Предполагалось, что здесь он получит охранное военное судно, с помощью которого проскользнет в Финский залив.
Не знаю по чьей вине, однако «Сербино», прибыв к месту назначения, не застал здесь охранное судно. Более того, никто не давал ему никаких приказаний, и капитан в ожидании инструкций с берега, дал приказ бросить якорь. «Сербино» простоял на якоре целый день. Ночью один из немецких истребителей, шнырявших в Балтийском море, сделал то, что сделало бы каждое неприятельское судно: увидев вражеский транспорт, он потопил его.
Я был в Монзунде несколькими днями спустя и видел торчащую из воды трубу и мачты затонувшего «Сербино». Мне сообщили, что команда спаслась и находится на берегу.
Неделю спустя в Петербурге, я сидел в комнате маленькой петербургской гостиницы, и выслушивал рассказ старого капитана, посылавшего проклятия по адресу тех, кто заставил «Сербино» играть в течение целых суток роль мишени для германских судов. Капитан не чувствовал за собой никакой вины и горевал о гибели своего судна.
— Роковая бронза, — сказал, я ему. — Помните, у вас было плохое предчувствие, когда вы выходили в море.
— Роковая бронза, — сказал он с горечью. — Она даже не затонула с моим пароходом!
— Как так?
— Очень просто. Вы помните, что я не смог закрыть люк трюма. Когда вода стала наполнять пароход и давление внизу возросло, бронзовая статуя вылетела из трюма, как пробка. Правда, нам было не до нее, потому что мы спускались в лодки, и думали о собственной жизни, но я еще ясно помню, как статую отнесло от нас течением.
— Вы помните силу ветра, и его направление? — спросил я. — Он сказал. Ветер был не сильный, море спокойное. Я точно запомнил его данные. Я не придавал тогда много значения всему этому. Мы только вдвоем знали тайну местонахождения статуи. Она отплыла от затонувшего парохода в темноту ночи, но мы знали куда: постепенно наполняясь водой, она затонула: Тогда нас было двое. Через месяц остался лишь я один. Старик, получив в командование другой пароход, вышел из Петербурга в Лондон. По пути их настигла германская подводная лодка. Пароход был пущен ко дну, команда и капитан погибли.
(Н.Н.)"
Февраль 1934 года.
Эстония, Таллинн.
- Прекрасная работа, просто прекрасная! - сидящий в кресле захлопнул журнал и положил его на гостиничный столик. - Узнаю неподражаемый стиль нашего европейского борзописца. Брешко-Брешковский ведь, если не ошибаюсь? Статья подписана его инициалами.
Собеседник, сидящий напротив, улыбнулся.
- Да. Николай Николаевич с интересом принял наше предложение. Тем более, что на тот момент был несколько... стеснён в средствах. Ну, присочинил немного, конечно, что ему свойственно. Но в целом, наша информация передана верно.
- А почему вы выбрали именно этого журналиста? Он ведь, насколько я знаю, с тридцатых живёт в Париже.
- Именно этим он и ценен. Он ведь для этого рижского еженедельника словно курица, несущая золотые яйца. Ежедневно проводит время среди знатных русских эмигрантов, бывших придворных - все эти великие князи, генералы, адьютанты... Строчит, не покладая пера, кто как был одет на званом обеде, какие драгоценности на княгине, а какие - на фрейлине и так далее. Русские в Риге охотно читают. К тому же редактор Рубиншейн выдал ему полный карт-бланш в этом издании - и наш писака охотно размещает там и другие свои тексты, благо у него полно псевдонимов.
- И что, неужели, он действительно ездил самолично в Хари-курк, на место гибели парохода?
- Да ну что вы! Мы ему подкинули только немного технических деталей, а дальше у него фантазия сама заработала. Вы бы видели, как у него глаза разгорелись!
Собеседники помолчали. Наконец тот, что помоложе, спросил:
- Ну а что же дальше, господин Кульман? Неужели этот памятник так и не искали?
- Искали, конечно же искали. И русские, и немцы в оккупацию, и наши, эстонцы. Но не нашли. Не то оборудование было. А мы теперь сумели. Там много военного железа лежит в проливах. В тридцать первом году министерство утвердило контракты с нами на подъём восьми кораблей. А что касается "Сербино", который в их числе, то мы выждем полгода, пока рижане поживут с этой новостью - а затем сделаем им предложение, от которого они не смогут оказаться. Такие деньги на дороге не валяются, даже если нам придётся по закону четверть отдать государству.
10 июля 1934 года
Таллинн. Ежедневная газета "Paevaleht", номер 187.
Статья "Статуя Петра Великого выставлена на продажу в Риге!"
"Компания Кульмана предложила 15000 крон за статую, которая пролежала 18 лет на дне моря - Соглашение пока не достигнуто - Государство имеет право на процент от продажи найденного имущества.
Руководитель Эстонского общества по подъёму судов Г.Кульман встретился вчера с мэром Риги Целминьшем и предложил приобрести недавно поднятый у острова Вормси памятник Петру Первому. Была озвучена цена - пятнадцать тысяч эстонских крон. Предложение в данные момент рассматривается Рижской городской управой.
Как известно, этот памятник когда-то был собственностью города Риги. Он был торжественно открыт в 1910 году в присутствии царя Николая и всей царской семьи. Во время Мировой войны в 1915 году памятник был эвакуирован из города, чтобы он не попал в руки врагов. Его погрузили на английское торговое судно "Сербино", которое должно было доставить его в Петербург. Однако около острова Вормси "Сербино" было подбито немецкой торпедой и затонуло. С тех пор было предпринято несколько попыток найти и спасти затонувшее имущество, но ни одна не увенчалась успехом.
Но на прошлой неделе компании Кульмана удалось обнаружить пароход на дне моря и в том числе памятник Петру Первому. Статуя была поднята и доставлена в Таллиннский порт, а затем в магазин Оскара Студе, где она и находится в настоящий момент.
Когда компания Кульмана узнала, насколько дорог этот памятник для Риги, она немедленно отправила своего представителя на переговоры - ведь его форма более полезна для продажи в качестве предмета искусства, чем в качестве металлолома. Однако пока нет уверенности в том, будет ли достигнуто соглашение.
Памятник сделан из сплава меди и бронзы и изображает русского царя Петра Великого, сидящего на коне. При подъёмных работах он был частично повреждён. Повреждения, однако, невелики и легко поддаются ремонту, так как наличествуют винты и заклепки, с помощью которых ранее соединялись отдельные части статуи. Потеряны только уши лошади, но их восстановление не вызовет затруднений.
Эстонское государство также заинтересовано в продаже статуи Петра Великого городу Риге, и компания Кульмана должна будет выплатить государству 25% от стоимости имущества, поднятого с морского дна. Кроме этого государство имеет первоочередное право на заключение контрактов по подъёмным работам на морском дне по цене, установленной соответствующей комиссией."
Протокол заседания Рижской городской управы от 10 июля 1934 г.
Заседание ведет городской голова Г.Целминьш.
"...Принимая во внимание историческую ценность вышеупомянутого памятника, городская Управа, после обсуждения вопроса, единогласно
ПОСТАНОВИЛА:
Откупить..."
Николай Николаевич Брешко-Брешковский (1874–1943)
Русский писатель, журналист, критик. Автор множества приключенческих авантюрных романов, которые продолжают переиздаваться по сей день. После эмиграции жил в Польше, но был выдворен оттуда в 1927 году за свои политические сочинения. Затем жил в Париже, писал очерки и статьи для иллюстрированных журналов, рассчитанных на массового читателя. Пользовался множеством псевдонимов. Отличался черносотенскими взглядами.
Во время Второй мировой войны служил в геббельсовском министерстве пропаганды в Берлине. Погиб во время бомбардировки Берлина британской авиацией.
РИЖСКО-ПАРИЖСКИЙ ЖУРНАЛ "ДЛЯ ВАС" Юрий Абызов, Даугава, 2002, № 3
Описание парохода "Сербино" на сайте эстонского морского каталога, с точным указанием места гибели в проливе Хари Курк.
https://register.muinas.ee/public.php?menuID=en_wreckregistry&action=view&id=475
Глава первая. "Пётр и Лизетта (1698)"
Глава вторая, ч. 1. "Перед открытием (1910)"
Глава вторая, ч. 2. "Визит императора (1910)"
Глава вторая, ч. 3. "Эвакуация (1915–1931)"
Глава третья. "Эстонская двухходовка (1934)"
Глава четвёртая. "Скитания по складам (1934–1989)"
Глава пятая. "Дневник инженера (1989–1993)"
Глава шестая. "Прогулка с меценатом (2019)"